ровым 
отъездом…
– Что-то там?..

Думал Викниксор… А потом задремал. Снились – Минин на Красной площади, 
«Летопись», Эланлюм, ребята в школьной столовой за чаем, вывеска на Мясницкой – 
«Главчай», докладчик бритый, с усами вниз, на съезде соцвоса и Шкида опять – 
Японец с гербом-подсолнухом в руках, 
Юнком…
Потом смешалось все. Вывеска на Мясницкой попала в «Летопись», «Летописью» 
размахивал бритый докладчик соцвоса, в школьную столовую вошел каменный Минин… 
Заснул Викниксор.

Разбудил 
студент:
– Вставайте, товарищ… Питер.

Вставать не хотелось. Зевая, спустил ноги, поднял свалившееся на пол 
пальто…
Когда вышел на площадь, – радость забилась в груди. Теплым, родным показалось 
все – питерские извозчики, газетчики, носильщики. И даже Александр III с 
«венцом посмертного бесславья» показался красавцем.

Над Петроградом встало утро.

Было не жарко. Викниксор хотел сесть в трамвай, но трамвай долго не шел, и он 
решил идти пешком. Снял пальто и пошел по Лиговке, по Обводному к школе. Пуще 
прежнего беспокоил вопрос: что-то 
там?
На Обводном, у электрической станции, катали возили по сходням на баржу тачки с 
углем. Викниксор постоял, посмотрел, как черный уголь, падая в железное брюхо 
баржи, сверкал хрустальными осколками, посмотрел на воду, блестевшую накипью 
нефти, потом вспомнил – что-то там? – и зашагал быстрее.

Солнце упрямо лезло вверх, было уже жарко, золотая сковородка стояла теперь у 
Ново-Девичьего монастыря.




* * 
*


Эланлюм сидела, Викниксор стоял, хмурился, слушал. В глазах его уже не было 
улыбки.

– Ах, Виктор Николаевич, я из сил выбилась, я ничего не могла сделать, я 
устала…
Викниксор стоял, облокотившись на шифоньерку. Молчал. Слушал. Эланлюм 
рассказывала:
– Этот Долгорукий… Он неисправим, он рецидивист, он 
страшный…
Викниксор молчал. В глазах его улыбка становилась растерянной, грустной, почти 
отчаянной.

Долго потом сидел у себя в кабинете за массивным столом и, прикрыв абажур, 
думал.

«…Долгорукий безнадежен?.. Не может быть, что в пятнадцать лет мальчик 
безнадежен… Что-то не использовано, какое-то средство 
забыто…»
Открыл ящик стола, вынул папку коричневую с надписью: «Характеристики вков».

Отыскал и отложил одну.

…Сивер Долгорукий… Вор. Воровал в приюте для детей артистов, воровал у 
товарищей… Детдом №18… Воровал… Детскосельская гимназия. Воровал, выгнан… 
Учился плохо… Институт для дефективных подростков… Воровство, побег… 
Лавра…
А все-таки что-то еще не использовано. Что 
же?!
И вот нашел, вспомнил забытое. Тру