и перебежала к сбившимся  в кучу  женщинам.-
Опасность миновала! - старалась успокоить она молодых матерей.
     Ее не слушали.
     - Барыня, погибаем!
     - Шлюпка спущена, идемте, Екатерина Ивановна,- подбежал Мацкевич.
     С ним был Бошняк.
     Катя  увидела, что взоры матерей  устремлены на нее. У них на руках и у
подолов  дети. В  их  взорах  злоба и  гнев,  проклятье  за  все  унижения и
издевательства, которые они терпят. Кате казалось, что они сейчас ненавидели
ее.
     Особенно грозно смотрела старуха, которую Катя только что уговаривала.
     Ей  стало стыдно этих мужественных женщин. "Меня вынесут на руках, а их
дети погибнут",- подумала она.
     -  Идите  быстро,  Екатерина Ивановна, судно  сейчас  потонет,-  сказал
Бошняк.
     - Господа! - с  ужасом в глазах, но твердо ответила Екатерина Ивановна,
отступая шаг  назад и  как бы  пугаясь того, что  ей  предлагают.-  Спасайте
детей!  -  почти  крикнула  она,  как позора  стыдясь  отвратительных в  это
мгновенье светских услуг. Она поняла - женщины опасаются, что  их и их детей
бросят на произвол судьбы, а господа станут спасать только себя.
     Но офицеры шли к ней.
     - Господа... Господа...-  говорила Катя, отступая.- Мой муж сказал, что
капитан покидает корабль последним. Пока дети и женщины  не будут в шлюпках,
до тех пор я не сойду... Здесь матери...
     - Екатерина Ивановна, не беспокойтесь о них!
     669
     - Будет так, как я сказала.
     -  Что за разговоры! - раздался в трубу грозный голос ее  мужа.- Теряем
время напрасно! Живо ее на баркас! Всех детей и женщин немедленно на баркас!
     Катя увидела в  этот миг,  что матросы хватают на руки  детей и, быстро
передавая  друг другу, усаживают  их  в  шлюпку.  За  ними на  руках туда же
поехала по воздуху и грозная  старуха. Женщины  кинулись к трапу, с  воем  и
причитаниями перелезали через борт. Матросы передавали их пожитки.
     Офицеры схватили на руки Екатерину Ивановну, и  она  вмиг очутилась  на
баркасе. Тут же появилась Авдотья, а с ней чемодан и узел.
     Среди этих слез и криков раздалась ясная и четкая команда, успокаивающе
лязгнули уключины, и шлюпка  быстро отвалила от борта и пошла все  быстрей и
быстрей. А навстречу уже шли шлюпки "Байкала".
     Муж  стоял  на мостике  гибнущего  корабля.  Кате  показалось,  что  он
скользнул взором по отходившей шлюпке, ища ее, и она, не выдержав, зарыдала.
Вокруг  по  волнам  плавала  ее  мебель, красивые  стулья,  которым она  так
радовалась совсем недавно.  Ей не  жаль  было ничего. Она плакала, как и все
эти  женщины,  сидевшие  вокруг  нее,  чувствуя себя в  этот  миг  такой  же
матросской женой, как они.
     Катя видела  -  никто из  женщин  не верил ее мужу, не допускал мысли о
справедливости,  каждый  думал  только о  себе,  сама  она  была  ничтожной,
ненужной в их глазах. Каким грозным гневом загорелись их глаза...
     А сейчас, когда корабль удалялся и все плакали, сплоченные общим горем,
в глазах окружающих женщин  не  было и тени гнева или недоверия.  Катя  была
благодарна мужу, что он подал ей пример. Ей теперь не стыдно было смотреть в
глаза своим соседкам. И они смотрели на нее как-то по-другому.
     Пока шли на баркасе, разговорились по душам.
     - Эх, барыня, сколько я штормов перевидала,- говорила скуластая молодая
матроска Алена.- Я девчонкой с  отцом плавала  в Америку. Да ведь я и родила
на корабле. Вокруг бушует, а я мучаюсь, лежу на палубе...
     Екатерина Ивановна  беспокоилась, что  же будет  дальше.  Всех везли на
"Байкал",  потому  что  колония  на  берегу  вырезана. Опасность  далеко  не
миновала. У всех матросов с собой заряженные ружья.
     На берегу - видно простым глазом - чернела большая
     670
     толпа. Там, конечно, заметили гибель судна и, может быть, торжествовали
и собирались напасть.
     Через полчаса баркас подошел к "Байкалу".
     Командир "Байкала", Шарипов, встретил Екатерину Ивановну у трапа, помог
ей,  велел  устроить ее  и  Дуняшу,  согреть воды,  подать обед и  все время
говорил, что он в отчаянии.
     -  Такую  массу людей и грузов "Байкал" принять  не может! И "Шелихова"
может разбить...
     "Вместо того чтобы  успокоить  меня, он выказывает нерешительность! Мой
муж знает, что делает!" - подумала Екатерина Ивановна.
     - Мне  сказали, что "Шелихов"  стоит  на  мели очень прочно и опасность
миновала,- ответила она.
     -  Какое  миновала!-раздраженно  ответил капитан.-Вон  смотрите, что на
берегу делается. Какая масса собралась.
     Екатерина Ивановна окончательно возмутилась.
     - Гиляки никогда не  посмеют  напасть  на вооруженное  судно,- ответила
она.
     - Ах, боже  мой! "Байкал" на  мели, а мы все грузим и грузим на него! -
сказал  Шарипов, встречая новую шлюпку со  спасенными.- Это еще счастье, что
море спокойно...
     Время от времени приходили шлюпки, сгружали людей, порох и грузы.
     Через  несколько  часов  все люди  с "Шелихова"  и  все  грузы, которые
оказалось возможным спасти, были  на "Байкале". Приехал Невельской  и принял
команду над кораблем. Предстояло сниматься с мели, а корабль был перегружен.
     Екатерина Ивановна рассказала мужу, что Шарипов был в тревоге.
     - Я знаю моего "Байкала"! -  с гордостью ответил Невельской.-  Его сруб
необыкновенно  прочен! Ты увидишь, он  снесет  все препятствия  и не получит
изъяна.
     - А