| |
ать личные и
семейные дела приятных ему людей, что "кто полюбил в тридцать пять лет, тот
никогда не разлюбит". Это дошло до Зариных.
Дядя сказал, что Невельскому на этот раз, кажется, несдобровать, будут
ему неприятности.
Поспешный отъезд капитана в Петербург, его краткие визиты всем
должностным лицам, его подчеркнутое достоинство произвели в Иркутске на
чиновников неприятное впечатление.
- Свет не зря говорил - он неблагонадежен! - заявила Варвара
Григорьевна.
На этот раз дядя не возразил.
Через две недели после отъезда Невельского пришло известие, что его
ждет разжалование и это решено окончательно. Так сказал дядя, выйдя после
прочтения срочной почты к чаю в пять часов вечера.
- Как хорошо, что я спасла тебя,- сказала тетя младшей племяннице.
Та вспыхнула, поднялась и вышла.
5S3
Глава 25 ПИСЬМО
Его действия оказались противны воле высшего правительства,- объясняла
тетя, придя в комнату девиц.- Его поступку придано особое значение...- И
тетя стала рассказывать все, что слышала только что в разговоре один на один
от дяди.-Это хорошо, что ты вовремя отказала ему! - восклицала она, слегка
сжимая Катины руки,- а то было бы очень неудобно...
При слабом мерцании свечей Катя странно посмотрела. Сейчас лицо ее было
бледно, и казалось, что глаза черны и черны волосы.
- Что с тобой, моя душа? - тревожно спрашивала тетя. Катя слабо тронула
рукой лоб, чуть склонив голову, как бы
в глубоком раздумье.
- Тетя! - вдруг умоляюще спросила она.- Неужели он погибнет?
- Его разжалуют! - ответила тетя, как бы изумляясь, в чем тут еще можно
сомневаться.- Все понимают это.
- Это ужасно! - слабо вымолвила Катя и жалко закусила скомканный
платочек.
- Его винят в том, что он обманул государя.
- Тетя! Это такая неправда! Все это не так, я знаю. Он ни в чем не
виноват. Поверьте мне, я знаю все... Он мне все рассказывал.
- Он все рассказывал тебе? - с изумлением спросила тетя.
- Да! - с гордостью ответила Катя.
Тетя невольно смолкла. Катя поднялась, выражение силы мелькнуло в ее
глазах.
- Он совершил действия вне повелений,- делая рукой точно такой же
резкий жест, как обычно делал Невельской, с чувством сказала Катя, и лицо ее
стало быстро покрываться густым румянцем.- Я знаю, что он прав. Но ведь и
все знают об этом, и дядя сам мне говорил, и все восхищались его смелостью и
патриотизмом, и все ставили ему до сих пор это в заслугу. Но у него враги в
Петербурге. Он говорил, что ему мешают. Я не могу переменить о нем своего
мнения. Я совершила ужасную ошибку. Я знаю, что эта игра ужасна. Я знаю все.
584
Я думала о нем все это время. Он желает величья и счастья России! Он не
жалеет себя. Это герой, герой! - слезы потекли из ее открытых глаз,
Варвара Григорьевна была поражена.
- Но я знаю, что это за человек, и не верю ему... Я совсем не хотела
тебя обмануть... Я вижу... Бедная девочка...
- Тетя, все это не так, я знаю... Он мне все рассказывал...
- Ах, Катя...
Тетя понимала, будет продолжение ужасного скандала - еще один спектакль
для всего города.
Лицо Кати сразу осунулось, слезы лились неудержимо, и локоны
распустились, липли ко лбу и щекам.
- Боже мой, боже мой! - восклицала тетя, пытаясь обнять ее.- Успокойся,
я не могу видеть твоих слез.
- За что? За что так обошлись с таким человеком? - с горьким отчаянием
воскликнула Катя, сжимая в кулачке платок.
"Она любит его, бедная девочка!"-подумала тетя и сама заплакала.
Зарина пришла к мужу в сильном расстройстве.
- Я не могла скрывать,- призналась она и рассказала все, что произошло.
- Конечно, Николай Николаевич пустит в ход все связи,- заговорил
Владимир Николаевич, выслушав жену.- Но противники сильны. Нессельроде,
Чернышев... Боже упаси связаться с ними! Это, знаешь, наглые, надменные
выскочки. А наш Невельской режет правду в глаза.
- И на самом деле, за что человека разжаловали? - воскликнула тетя.- Ты
знаешь, он мне не очень нравится, он мал ростом, невидный и не пара Кате, но
все же надо быть справедливыми...
"Как я могла так не понять его,- винила себя Катя.- Ах, господин
Невельской, если бы вы знали, как хорошо я помню все, что вы говорили... Но
что теперь будет с вашими мечтами?.."
И невольно перед ее мысленным взором вдруг явился образ Марии
Николаевны. Волконская, с суровым, добрым лицом, ободряюще смотрела на Катю,
словно говорила ей: "Вот, Катя, теперь твоя очередь..."
585
"Я на все готова,- думала Катя,- но если бы я могла спасти его... Я бы
ничего не пожалела. Что с ним сейчас? Быть может, вот в эту именно
минуту..."
Она вздохнула, представив,
|
|