| |
рилась. А.А.Формозов сообщает: "В результате Забелин
стал
работать на Строева ТАК ЖЕ БЕЗВОЗМЕЗДНО, как и на Снегирева... Бесправное
положение стало Ивану Егоровичу в тягость. В изданных С ЕГО ПОМОЩЬЮ книгах
Снегирева и Строева мы не найдем хотя бы двух-трех слов благодарности" [282:2],
с.589.
По-видимому, решили, что неродовитую рабочую лошадку можно вообще не упоминать.
Забелина поддержал Вадим Васильевич Пассек, автор многих работ по этнографии,
археологии, статистике. Он помог Забелину опубликовать его первую статью. Одна
за
другой стали выходить все новые и новые труды Забелина о средневековой русской
истории. В 1847 году Забелин был избран членом-корреспондентом Общества истории
и
древностей Российских при Московском университете [282:2], с.591-593.
Формозов продолжает: <<Первый важный шаг на научном поприще Забелин сделал
достаточно рано. Он начал печататься в двадцатидвухлетнем возрасте и к тридцати
годам
был автором сорока работ... Сейчас начинающий ученый, несомненно, обратился бы
за
помощью в Академию Наук. Но в середине XIX века она находилась в Петербурге...
Московских ученых избирали в ее состав только в качестве членов-корреспондентов.
.. или
почетных членов... Много лет спустя Забелин удостоился и того, и другого звания,
но
Академия навсегда осталась для него чуждой, даже в те полтора десятилетия,
когда он
служил в Археологической комиссии и часто бывал в Петербурге.
Известный острослов П.А.Вяземский называл Академию "немецкой слободой". В
значительной мере она состояла из иностранных специалистов, приехавших в
Петербург
по контракту с русским правительством. Среди них было немало крупных ученых, в
том
числе и историков, но, как правило, они сторонились русского общества, печатали
свои
труды на немецком или французском языке, а то и по-латыни. К тому же занимались
они
главным образом не стариной XVI-XVII столетий, а народами, населявшими
территорию
России в античности и средневековье... Август Людвиг Шлецер углубился в историю
летописания... Но, отдавая должное методике... Шлецера, он (Забелин - Авт.) с
болью
замечал, что тот смотрит на современников летописца (Нестора - Авт.) с чувством
превосходства и пренебрежения. Даже у лучших из немецких историков славяне до
прихода культуртрегеров-варягов выглядели сущими дикарями...
Не с кем было посоветоваться и в Оружейной палате. Забелин уже понял, что
руководивший ею А.Ф.Вельтман, хотя и небесталанный писатель, но уж во всяком
случае
не ученый, а дилетант" [282:2], с.602-603.
О том, какую негативную роль для русской истории играли иностранцы в Академии
Наук
XVIII-XIX веков, см. подробности в книге "Реконструкция", гл.9:3.
"Неудивительно, что учителей и советчиков Забелин стал искать не на берегах
Невы и не
в кремлевских учреждениях, а в Московском университете. ПОСТУПИТЬ ТУДА ОН НЕ
МОГ - НЕ БЫЛО НИ СРЕДСТВ, НИ ГИМНАЗИЧЕСКОГО ДИПЛОМА, но можно было
слушать какие-то лекции, общаться со студентами и профессорами>> [282:2], с.603.
<<В 1909 году была опубликована большая статья Дмитрия Николаевича Анучина
"И.Е.Забелин как археолог в первую половину его научной деятельности". Там
сказано,
что Иван Егорович еще в юные годы был враждебен официальной народности,
выступал в
печати против Погодина и Шевырева, С АНТИПАТИЕЙ ОТНОСИЛСЯ К
СЛАВЯНОФИЛАМ и с самого начала своего пути связал себя с Грановским и кругом
западников. ЗАБЕЛИН - "УБЕЖДЕННЫЙ ЗАПАДНИК" - говорит Анучин>> [282:2],
с.604.
Несмотря на это, развиваются тесные контакты И.Е.Забелина с выдающимся
историком,
М.П.Погодиным, известным славянофилом, профессором Московского университета.
Вообще, в те годы в Московском университете было сильное славянофильское
течение, во
главе которого стояли "ведущий историк России Михаил Петрович Погодин и знаток
классической и древнерусской литературы Степан Петрович Шевырев" [282:2], с.603.
И.Е.Забелин посещал клуб Погодина у него на дому, где собиралось много
известных
ученых [282:2], с.606-607. Кстати сказать, М.П.Погодин был автором статьи
"Математический метод в истории", с которой многие были несогласны.
В середине XIX веке борьба между славянофилами и западниками приобрела острый
характер. Обратим внимание на обнаруженный нами в книге "Реконструкция", гл.9:3,
интересный факт. Оказывается, именно в это время произошел незаметный на первый
взгляд, но весьма важный, перелом в кадровой политике Российской Академии Наук.
Напомним результат нашего статистического исследов
|
|
