| |
оставлять себе разные удобства и развлечения, но и купить
раба, который облегчал его работу. Впрочем, необходимо заметить, что в надписях
упоминается очень немного солдатских рабов.
(Сagnat, L'armee romaine d'Afrique, pp. 427—437).
9. Жалованье высшего офицера в конце III века
Письмо Валериана к Зосимиону, прокуратору Сирии: «Мы назначили в пятый легион
трибуном Клавдия, уроженца Иллирии... Ему ты будешь выдавать ежегодно в
качестве жалованья 3000 модиев пшеницы (262 гектолитра), 6000 ячменя (525
гектолитров), 2000 фунтов свинины, 3500 секстариев старого вина (19
гектолитров), 150 секстариев хорошего масла (82 литра), 600 секстариев второго
сорта (3 гектолитра 28 литров), 20 модиев соли (1 гектолитр 75 литров), 50
фунтов воска; сена, соломы, уксусу, овощей, травы — сколько понадобится, 300
шкур для палаток; затем ежегодно 6 мулов, трех лошадей, десять верблюдов в год,
десять кобыл в год, 50 фунтов (ок. 10 килогр.) выделанного серебра в год, 150
филиппеев с нашим изображением ежегодно, а в новый год в подарок еще 47
филиппеев и 150 триентов. Точно так же. будешь ты выдавать ему:
11 фунтов серебра в посуде, 2 пурпурных военных туники ежегодно, 2 форменных
хламиды ежегодно, 2 серебряные позолоченные пряжки в год, одну золотую пряжку с
медной булавкой; один серебряный позолоченный пояс, один перстень весом в унцию
с двумя камнями, один браслет весом в семь унций, цепь весом в фунт,
позолоченный шлем, 2 щита с золотыми инкрустациями, один панцирь, который
470
ему придется предоставить обратно; 2 геркулианских копья, 2 дротика, 2 серпа, 4
серпа для кошения травы; одного повара, подлежащего возврату; мельника — с тем
же условием; двух женщин из числа пленниц; одну белую полушелковую тогу с
пурпурной отделкой, одну исподнюю тунику с мавританской пурпурной отделкой;
одного секретаря, подлежащего возврату, одного строителя, подлежащего возврату;
две пары кипрских подушек, две простых рубашки, одну тогу, с обязательством
вернуть ее, одну латиклаву * — с тем же условием; двух охотников — в полное
распоряжение, одного возницу, одного управителя претория, одного водовоза,
одного рыболова, одного пирожника; 1000 фунтов дров в день, если их большой
запас, а если их мало, то сколько окажется, глядя по месту; четыре карца углей
ежедневно, одного банщика и дрова нужные для бани; если таковых не окажется,
путь он купается в общественной бане.
Все остальные вещи, которых нельзя даже приписать ввиду их мелочности, ты
выдавай в умеренном количестве, но притом так, чтобы ничего не переводить на
деньги, и, если чего-либо где-нибудь не окажется, то не выплачивай за это
соответствующей суммы денег.
Все это я даю Клавдию по исключительным обстоятельствам, не как трибуну, а как
полководцу; это такой человек, что заслуживает даже больших наград [1].
(Требеллий Поллион, Клавдий, гл. 14).
__________
* Тога с широкой пурпурной полосой.
[1] Впоследствии этот Клавдий был императором (от 268 до 270 г.). — Ред.
10. Восстание паннонских легионов
«Три легиона под начальством Юния Блеза стояли на зимних квартирах в Паннонии.
Получив известие о кончине Августа и вступлении во власть Тиберия, Блез в знак
траура или радости прекратил обычные служебные занятия солдат. Это привело к
распущенности и раздорам среди солдат: они стали прислушиваться к речам разных
негодяев и в конце концов выражали склонность к безделью и отвращение к
дисциплине и труду. В лагере находился, между прочим, некто Песценний, прежде
причастный к театральному делу, впоследствии сделавшийся рядовым солдатом,
дерзкий говорун и по своей актерской профессии мастер на всякие интриги. Видя
недоумение наивных солдат по поводу того, какова еще будет военная служба после
Августа, Песценний начал понемногу сеять смуту среди солдат во время ночных
разговоров или собирая около себя всех негодных людей к вечеру, когда все
порядочные расходились по палаткам».
471
На одну речь, в которой он, обращаясь к солдатам, перечислял их тяготы,
«солдаты отвечали шумными заявлениями; одни показывали рубцы на теле от ударов,
другие — свои седые волосы, многие выставляли напоказ рваную одежду, едва
прикрывавшую тело. В конце концов они пришли в такое исступление, что
потребовали соединения всех трех легионов в один; этому помешала лишь их
взаимная зависть и соперничество, так как каждый легион требовал преимущества
для себя: дело решилось тем, что поместили рядом трех орлов всех трех легионов
и значки отдельных когорт; натаскав дерну, солдаты сооружают возвышение, чтобы
стоящие на нем значки были виднее. Во время этой работы прибежал Блез и,
произнося угрозы, удерживая то одного, то другого, кричал: «Лучше уж обагрите
руки в моей крови; убийство легата — преступление меньшее, чем измена
императору. Либо я живой удержу свои легионы в повиновении долгу, либо своей
смертью вызову в них скорое раскаяние».
Несмотря на это, солдаты продолжали таскать дерн и наваливали возвышение в
половину человеческого роста, но, наконец, прекратили работу, уступая
настойчивости своего начальника. Тогда Блез обратился к ним с красноречивым
словом, говоря, что не путем во
|
|
