| |
.
- Едем, едем, - повторил Скшетуский, - а то у меня сердце от радости
разорвется.
Не успел он договорить, во дворе послышался конский топот и за
окнами, застя свет, замаячили люди и лошади. Скшетуский различил сперва
старого ксендза Цецишовского, а рядом с ним увидел исхудалые лица Заглобы,
Володыёвского, Кушеля и других знакомых в окружении княжеских драгун в
красном. Раздались веселые восклицанья, и в горницу следом за ксендзом
гурьбой ввалились рыцари.
- Под Зборовом заключен мир, осада снята! - возгласил ксендз.
Но Скшетускому довольно было бросить взгляд на збаражских своих
товарищей, чтобы самому обо всем догадаться. Мгновение спустя Заглоба и
Володыёвский, распростерши объятия, бросились к нему, отталкивая друг
друга.
- Нам сказали, что ты жив, - кричал Заглоба, - но тем отраднее видеть
тебя в добром здравии и к тому же столь скоро! Мы намеренно приехали сюда
за тобой... Ян! Ты и не представляешь, какую стяжал славу и какая тебя
ждет награда!
- Король тебя отметил, - сказал ксендз, - но король королей его
превзошел.
- Я уже все знаю, - ответил Скшетуский. - Награди вас господь! Редзян
мне открылся.
- И ты не задохнулся от радости? Тем лучше! Vivat Скшетуский, vivat
княжна! - воскликнул Заглоба. - Что, Ян! А мы тебе ни словечка, потому как
не знали, жива она, нет ли. Но слуга твой молодец, в целости ее довез. Ох,
vulpes astuta!* Князь ждет вас обоих... Ха! Мы к самому Ягорлыку за ней
ездили. Я дьявольского монстра, что ее стерег, своею рукой зарубил...
Двенадцать мальчонков припоздали малость, но ничего, вы свое наверстаете!
Внучата у меня пойдут, любезные судари! Рассказывай, Редзян, неужто у тебя
все сошло гладко? А мы с паном Михалом, представь, вдвоем целую орду
сдержали! Я первый на чамбул бросился, так-то! Басурманы от нас только что
не прятались под землю - да все без толку! Пан Михал тоже не оплошал...
Где моя доченька? Давайте сюда мою девочку!
_______________
* хитрая лиса (лат.).
- Дай тебе бог удачи, Ян! Дай тебе бог удачи! - твердил маленький
рыцарь, вновь бросаясь к Скшетускому в объятья.
- Да вознаградит вас господь за все, что вы для меня сделали. Мне
слов не хватает. Жизнь моя, кровь - малая для вас плата! - ответил
Скшетуский.
- Забудь об этом! - кричал Заглоба. - Мир заключен! Худой мир,
конечно, да что поделать. Хорошо, хоть мы в этом заклятом Збараже не сидим
больше. Теперь, судари любезные, поживем в покое. Это все нашими
стараньями, и моими тоже. Да-да, когда бы Бурляй жив остался, не видать бы
нам перемирья. А теперь можно и за свадебку. Нос кверху, Ян! Держись,
дружище! Ни за что не догадаешься, какой тебе к свадьбе князь приготовил
подарок! При случае расскажу, а пока... тысяча чертей! Где же моя дочурка?
Давайте скорей сюда мою доченьку! Теперь ее Богуну не видать как своих
ушей - разве что уши поперед головы отрежут! Где моя доченька дорогая?
- Я как раз собрался навстречу супруге каштеляна сандомирского - уже
на коня садился, - сказал Скшетуский. - Едем скорее, едем, не то я с ума
сойду.
- За мной, милостивые господа! Поехали с ним, нечего время терять!
Живее!
- Пани Витовская, верно, уже неподалеку, - заметил ксендз.
- Едем! - подхватил Володыёвский.
Скшетуский был уже за дверью и вскочил в седло так легко, словно и не
был только что прикован к одру болезни. Редзян, предпочитая не оставаться
с ксендзом с глазу на глаз, следовал за хозяином неотступно. Володыёвский
с Заглобой к ним присоединились, и вот уже друзья скакали во весь опор по
топоровскому тракту, а за ними и вся толпа шляхтичей и драгуны в красном -
казалось, ветер подхватил и несет по дороге алые лепестки мака.
- Айда! - кричал Заглоба, колотя пятками лошадь.
Так проскакали они верст десять, покуда за поворотом тракта не
увидели прямо перед собой вереницу возов и колясок, окруженных полсотней
наряженных по-турецки выездных лакеев; несколько из них, заметя
вооруженных всадников, стремглав бросились им навстречу - спрашивать, кто
такие.
- Свои! Из королевского войска! - крикнул Заглоб
|
|
