Понятно, что союзные общины более значительные, чем Мелитея или Перея, 
осуществляли и свое право автономии в более важных общественных актах. Жители 
Навпакта наделяют правом гражданства кеосцев, имеют своих феоров для участия в 
иноземных празднествах; Ламия дарует поэтессе Ирене проксению, имеет свой совет,
 своего стратега, гиппарха и трех архонтов. Из второй половины III в. до Р. X. 
и следующего, т. е. из того времени, когда Дельфы и многие другие города 
средней Эллады входили в состав этолийского союза, когда этому последнему 
принадлежала руководящая роль в дельфийской амфиктионии, сохранились сотни 
надписей, преимущественно отпускных актов, или вольных, которыми даруется 
свобода рабам гражданами различных эллинских республик. В дельфийских надписях 
рядом с именем этолийского стратега, обыкновенно в самом начале документа, 
поименовывается дельфийский архонт, что бывает и в тех случаях, когда имя 
этолийского стратега отсутствует. Кроме архонта в надписях упоминается народное 
собрание или народ дельфийский, поименовываются и должностные лица других 
союзных государств   * . Мало того: целые местные федерации со вступлением 
составляющих их общин в этолийский союз не утрачивали своих местных федеральных 
учреждений. Так, одна из дельфийских надписей датирована именами стратега 
этолян, агонофета локров (западных), архонта города и архонта дельфийского; имя 
агонофета, союзного должностного лица локров, встречается в нескольких надписях.
 Также засвидетельствовано надписью имя фориарха для жителей Эринея, одного из 
поселений Дориды, что указывает на сохранение дорийского союза в организации 
этолян   ** . 

Высшим органом союзного управления было народное собрание всех этолян, или, 
точнее, Этолии, без различия собственных этолян от прочих членов союза. Эта 
последняя черта отмечена как самим названием собрания у Ливия «Panaetolium, 
Panaetolicum», так и выражением того же историка ех omnibus oppidis convocandos 
Aetolos ad concilium , а равно и тем, что полномочные собрания этолян имели 
место не в Ферме только, но также в Навпакте, Гераклее, Ламии, Гипате, Страте, 
т. е. в более людных городах союза   *** . Если обычные собрания союзной Этолии 
раз в год после осеннего равноденствия происходили только в Ферме, если в Ферме 
только производились выборы должностных лиц союза, то и собраниям чрезвычайным 
в других местах, созванным с соблюдением определенных условий, принадлежало 
право объявлять войну, заключать мир, вступать в договоры, т. е. решать 
важнейшие дела, касающиеся целого союза: в Навпакте заключен мир с Филиппом V в 
217 г ., в Гипате этоляне отправляют посольство к Антиоху в 191 г . до Р. X.; в 
200 г ., стратег Дамокрит объявляет, что установленным способом созванное 
собрание имеет такую же силу, как и панэтолийское или пилейское (ac si in 
Panaetolico aut Pylaico concilio actum esset); вот почему неточно уверение 
Дюбуа, будто только собрание в Ферме властно было решать вопросы о войне и мире 
  * . Нет у нас также оснований усваивать термин Ливия Panaetollum 
исключительно очередному ежегодному собранию в Ферме; выражение это употреблено 
историком о собрании этолян в Навпакте; с другой стороны, ничем не удостоверено 
название эллинское Panaitolicon, или Panaitolion для собраний в Ферме. Название 
Пилейского, которое Шорн, а за ним и другие объясняли ошибкою Ливия, 
принадлежало, по всей вероятности, собранию амфиктионов, на котором решительное 
большинство давали представители того же этолийского союза, как видно из 
описания пилейского собрания у Ливия 196 г . до Р. X.: насколько нам известно, 
на это важное место Ливия не было обращено до сих пор должного внимания   ** . 

Верховное значение народного собрания следует из указаний различных союзных 
властей на необходимость санкции мероприятий их со стороны народа, а равно из 
того, что противная сторона никогда не оспаривает правильности такого образа 
действий. Потом, как бы часты и опустошительны ни были набеги этолийских 
отрядов под начальством отдельных личностей, без общесоюзного постановления о 
войне Этолия почиталась пребывающею в мире. Наконец, даже Полибий признает, что 
этоляне почитали для себя обязательным верное соблюдение народного 
постановления, хотя бы вскоре после принятия решения и обнаружились невыгоды 
его для этолян   *** . Дабы решение союзного собрания получило силу закона, оно 
должно состояться с соблюдением определенных правил, прежде всего с участием 
совета старейшин, на что имеются ясные указания Полибия и Ливия   4 * . 

В составе народного собрания этолян различаются народ (? ?????? multitudo) и 
старейшины со стратегом и прочими союзными властями во главе ( ???????? 
principes) . Те же самые тридцать граждан, которые, по свидетельству Полибия, 
отправлены были этолянами к царю Антиоху в 192 г . до Р. X. для составления 
плана военных действий, называются у Полибия апоклетами , отозванными или 
призванными, а у Ливия старейшинами . Ливий, впрочем, знает и эллинский термин: 
апоклетами он называет отборных граждан, из которых составляется 
«благороднейшее собрание» (sanctius concilium), так именуемое им в отличие от 
общенародного собрания этолян (concilium universae gentis). Ни тот ни другой 
термин не удостоверяются надписями; зато в них не раз упоминается коллегия 
должностных лиц (????????, ?????????) , снабженная то судебными полномочиями, 
то правительственною властью; кроме того, из надписи Уссинга мы узнаем, что 
союзные общины, как в данном случае Мелитея и Перия, имели своих представителей 
в союзном управлении, именовавшихся советниками (?????????) . Что «советники» 
надписи то же, что апоклеты Полибия и старейшины Ливия, в этом едва ли можно 
сомневаться. Первоначально совещательный характер коллегии апоклетов отмечается 
как в приведенных выражениях обоих историков, так и в других местах их же 
сочинений. Что эта коллегия ближайшим образом представляла собою союзные общины,