| |
Господствовавшего раньше противопоставления ахейской и этолийской федераций
здесь нет уже и следа. На стр. 214 упоминавшегося выше сочинения «Les ligues
etolienne et acheenne, leur histoire et leurs institutions, nature et duree de
leur antagonisme» автор, между прочим, выражается так: «В обоих союзах система
представительства городов и союзных народов была одинакова, организация
центрального управления и исполнительной власти сходная, права местной
автономии охранялись в обоих в равной мере». К сожалению, историческая часть,
состоящая исключительно в сухом перечне внешних фактов, не дает никаких
объяснений роста этолян. Далее, помимо отдельных неточностей, на которые
указано будет ниже, Дюбуа не обращает должного внимания на исконные основы
федеративного строя эллинов и на общие политические стремления их в занимающий
нас период времени. Оттого образование ахейской и этолийской федераций
представляется автору чем-то случайным, искусственно вызванным посторонними
обстоятельствами. «Что такое в сущности, — спрашивает он, — этолийская лига?
Опыт восстановления северной Эллады, чему благоприятствовали войны за
наследство, вспыхнувшие по смерти Александра и парализовавшие Македонию.
Позволительно ли видеть в образовании ахейской лиги результат благородных
порывов юного народа, здорового и живучего, среди остальных истощенных
эллинских народов? Нет, дело стоит проще. Как Антигону Гонату
заблагорассудилось для обеспечения за собою союза этолян расторгнуть ахейский
союз, так Антигону Досону и Филиппу V захотелось восстановить его, дабы против
своих этолийских союзников, не в меру усилившихся, создать выгодный противовес
в Пелопоннесе» * . Мы знаем уже, что условия позднейших федераций в Элладе
содержались в первоначальных основах племенного или родового быта; те народы, у
которых ко времени борьбы за независимость Эллады с македонянами и римлянами
древний уклад жизни сохранился полнее, и стали во главе опытов объединения
эллинов. По степени образования и гражданственности этоляне и соединившиеся с
ними племена отстали от народов, игравших руководящую роль в истории городских
республик и союзов на началах гегемонии; в нравах и во всем житейском обиходе
они сохранили много первобытной грубости, в глазах более просвещенных эллинов
сближавшей их с варварами; но унаследованные от старины учреждения этих самых
«варваров» оказались весьма пригодными для образования могущественной
республиканской организации.
Верховная власть (суверенитет) принадлежала в союзе этолян народу. Народ
составляли как древние племена этолян, известные нам еще из Фукидида, так и
народности и поселения, входившие в союз в позднейшее время. В самом названии
народа, как носителя верховных прав, ?? ?????? ? ? ? ??? ? «совокупность
этолян», содержалось указание и на составное происхождение его, и на сохранение
автономии за политическими организациями, из коих союз складывался. К народу
этолян обращается за поддержкой Антигон Одноглазый, у народа этолян просит
помощи другой македонский владыка, Полисперхонт; с народом этолян заключает
союз Деметрий Полиоркет (314, 310, 304 гг. до Р. X.) ** . Когда в 200 г . до
Р. X., в начале второй македонской войны, римские легаты убеждали собравшихся в
Навпакте этолян вступить в союз с Римом против Филиппа, этолийский стратег
Дамокрит отложил решение дела до сознания общеэтолийского собрания. «Законами
нашими предусмотрено, чтобы вопросы о войне и мире обсуждались только в
Панэтолийском и (или?) Пилейском собрании, а потому на сей раз достаточно
постановить, чтобы стратег, если желает подвергнуть обсуждению вопрос о войне и
мире, созвал собрание без обмана и чтобы все то, что будет там предложено и
решено, имело бы совершенно такую же силу, как если бы дело решено было на
Панэтолийском или Пилейском собрании» *** . Несколько выше один из римских
легатов напоминает этолянам, что «они, будучи созваны согласно законам
должностными лицами, вольны выбирать по своему желанию союзников и врагов,
решать войну и мир 4 * . Когда в 190 г . до Р. X. консул Маний Ацилий
Глабрион требовал от этолян порвать союз с Антигоном Великим, стратег их Фений
объявил, что он и апоклеты принимают предложение консула, но что необходимо
согласие народа для того, чтобы решение их вошло в силу. Хиосцы и афиняне по
случаю установления праздника «Сотерий» венчают золотым венком и наделяют
различными почестями народ этолян. В свою очередь народ этолян делает
постановление о признании празднества Никефорий, установленного пергамским
царем Эвменом II (197—159 гг. до Р. X.) и о чествовании как самого Эвмена, так
и трех братьев его, а также матери их Аполлониды и народа пергамлян 5 * .
Народ этолян наделяет вольностями жителей дружественных городов Акса, или Оакса,
на Крите, Кеоса, Теоса. Словом, верховное ведение дел внешних, решение
вопросов о войне и мире, о союзах с другими государствами принадлежали народу
этолян. Он же устанавливал положение отдельных членов союзного тела и наблюдал
за исполнением союзных обязательств и взаимных отношений между этолийскими
поселениями. Должностные лица союза, исполнявшие народные постановления,
выбирались народом. Таким образом, частью непосредственно, частью при
посредстве своих избранников союзный народ этолян почитался полновластным
распорядителем своих судеб.
По мнению Дройзена, которое повторяется Фрименом и разделяется даже Гильбертом,
в недрах этолийского союза господствовала большая неравноправность: наряду со
свободными общинами, сохранявшими местную самостоятельность, здесь были будто
бы и общины подчиненные, обложенные данью, занятые этолийскими гарнизонами,
ограниченные в союзных правах, сносившиеся с господствующим народом только
через посольства 6 * . Подобное представление об этолийской федерации
держится на смешении членов союзной организации, каковые находились главным
|
|
