с римлянами локры озольские, доряне, малияне и прочие эллины, жившие в Мелите, 
Фивах фтиотидских, Тавмаках, Эхине, Страте, Ойниадах и мн. др., оказывали 
упорное сопротивление врагам этолян. Между прочим, на требование сдаться 
гипатяне, т. е. энианы, отвечали римскому консулу Ацилию, что без союзного 
постановления этолян они не сделают ничего, — ответ, с которым можно 
сопоставить разве указание вернейших афинских союзников в пелопоннесскую войну, 
платеян, на необходимость испросить решение афинян. Ни одно из поселений, 
собственно этолийских или впоследствии вошедших в состав Этолии, не перешло на 
сторону врагов этолян, неоднократные примеры чего представляет история ахейской 
федерации. Мало того: одна из ламийских, т. е. малийских, надписей, 
датированных именем этолийского стратега, наделяет званием проксена и 
благодетельницы ионийскую поэтессу Ирену из Смирны за то, что она сочинила 
несколько стихотворений во славу предков чествующих ее ламиян, а также этолян, 
и все их читала публично с величайшим старанием; за эту же заслугу ей и 
потомству ее дарованы права ламийского гражданства, приобретение недвижимости 
на ламийской земле, пастьбы скота, права убежища и неприкосновенности на суше и 
на море, в военное и мирное время и т. п. Некоторые дельфийцы и беотяне, быть 
может, и другие эллины, давали своим детям знаменательные имена Этолиона, 
Филэтола, Панэтола в то время, — о чем свидетельствуют относящиеся сюда надписи,
 — когда этоляне боролись уже с римлянами и македонянами за существование, а 
равно и по расторжении этолийского союза. К 167 г . до Р. X. относится случай, 
рассказанный Ливием и со всею очевидностью обнаруживающий, что даже после 
Персеевой войны этолийские союзники не отказывались от противодействия Риму. С 
целью угодить римскому консулу и одним ударом положить конец заботам сената об 
успокоении Этолии друзья Рима, Ликиск и Тисипп, предали в руки римских солдат 
550 этолийских старейшин, составлявших союзный совет Этолии: членами 
этолийского совета были, как увидим ниже, выборные представители от союзных 
городов и селений. В этом-то собрании союзных представителей и сосредоточена 
была в то время сила оппозиции против завоевательных планов Рима; истребить 
старейшин значило очистить Этолию от врагов завоевателя. Римляне прекрасно 
понимали опасность, какую создавала для них организация этолийского союза, а 
потому одним из условий мира с побежденными этолянами в 189 г . до Р. X. они 
постановили, чтобы «этоляне не принимали в свой союз ни стран, ни городов, ниже 
людей, прежде находившихся во власти их и при консулах Луции Квинкции и Гнее 
Домиции или позже покоренных римлянами или вступивших в дружбу с ними». Можно 
сказать наверное ввиду свидетельств, но не суждений Ливия и Трога Помпея, что в 
союзных учреждениях этолян имелись условия, благоприятствовавшие слиянию 
различных эллинских и родственных эллинам народностей в единое политическое 
тело, в могущественную, плотную этолийскую федерацию. И в самом деле, уже к 
началу первой македонской войны акарнаны составляли органическую часть 
этолийского народа, и потому потеря их была для этолян особенно тягостна. 
Амфилохи были отторгнуты от этолян только после Персеевой войны, и к этому 
времени относится выражение Трога об этолийских городах, отрываемых от единого 
тела. Древнейший и величайший город Аркадии Мантинея добровольно вышел из 
ахейской федерации и примкнул к этолянам во второй половине III в. до Р. X.; за 
нею, вероятно, последовали Тегея и Орхомен. Тогда же состоялся союз между 
Этолией и Мессенией. Позже, чем амфилохи и акарнаны, и менее крепкими узами 
соединены были с Этолией Фокида и восточная, или опунтская, Локрида. Фокидяне и 
локры называются под своими именами в числе эллинов, сражающихся против галлов 
( 279 г . до Р. X.). Однако в 196 г . до Р. X., по окончании так называемой 
второй македонской войны, Фокида и Локрида отошли к Этолии как земли, 
принадлежавшие ей раньше и лишь временно отторгнутые Филиппом V; они оставлены 
были за Этолией и по условиям навпактского мира, которым закончилась 
союзническая война ( 217 г . до Р. X.). В 205 г . до Р. X. восточные локры 
поименовываются в числе союзников Филиппа, но опунтяне в 197 г . на стороне 
этолян. В 220 г . на собрании эллинских союзников Филиппа V фокидяне жалуются 
на этолян за нападение на города Амбрис и Давлий. Документы фокидских городов, 
датированные стратегом этолян, весьма редки; чаще такого рода надписи 
принадлежат различным поселениям локров опунтских, именно опунтян, скарфейцев, 
фрониев; в надписи половины III в. до Р. X. (ол. 135) Эратон из Опунта 
называется этолийцем. Вообще известия Полибия и Ливия приводят к заключению, 
что Локрида, и особенно Фокида, настойчиво и часто не без успеха оспаривались у 
этолян македонянами, что лишь некоторые части этих земель, как, впрочем, и в 
Акарнании, предпочитали принадлежность к этолийскому союзу фактической 
зависимости от Македонии   * . 

Еще труднее было поддерживать политическое единство аркадских городов Тегеи, 
Орхомена и Мантинеи с Этолией, тех пелопоннесских городов, которые, по словам 
Полибия, были не только союзниками этолян, но входили в состав этолийской 
федерации перед Клеоменовой войной (228—221 гг. до Р. X.). Понятно, почему 
этоляне по случаю перехода этих городов к Клеомену ( 227 г . до Р. X.) не 
обнаружили охоты взяться за оружие, и едва ли справедливо вслед за Полибием 
усматривать в равнодушии к судьбе этих городов один из примеров коварства и 
злобы этолян против ахейского союза.

В сопровождении к переводу Полибия мы не пишем полной истории этолийской 
федерации; нет у нас также намерения брать на себя апологию их против нападок 
Полибия или Ливия. Но мы сочли нужным вникнуть старательнее в свидетельства 
историков и надписей об этолянах, дабы уяснить себе единственное в эллинской 
истории явление — политической ассимиляции разнородных эллинских племен,