располагаются в таком порядке: в каждом легионе, как мы только что сказали, 
имеется по шести трибунов  72 , а каждому из двух консулов подначальны всегда у 
римлян два легиона; ясно отсюда, что консула сопровождают в поход непременно 
двенадцать трибунов. Итак, все палатки трибунов ставят по прямой линии, 
параллельной отмеченной выше стороне четырехугольника и отстоящей от нее на 
пятьдесят футов, дабы иметь достаточно места для лошадей, вьючного скота и для 
прочих запасов трибунов. Помянутая выше фигура находится позади палаток, 
которые обращены к наружной стороне четырехугольника; ее-то раз и навсегда мы и 
будем считать и называть лицевой стороной всего лагеря. Палатки трибунов 
находятся на равном расстоянии одна от другой и непременно на таком протяжении, 
что захватывают римские легионы во всю ширину. 

28. Далее, отмеривается еще пространство  73 в сто футов на всем протяжении 
палаток трибунов впереди их и, начиная от прямой линии, которая ограничивает 
эту широкую площадь и идет параллельно палаткам трибунов, возводятся стоянки 
легионов, причем поступают таким образом: намеченную выше прямую разделяют 
пополам, в точке деления проводят линию под прямым углом, вдоль которой по 
обеим сторонам размещают конницу двух легионов, одну против другой, на 
расстоянии пятидесяти футов, причем отвесная линия проходит как раз посредине 
промежутка. Палатки для конницы и для пехоты разбиваются приблизительно по 
одному и тому же способу, именно: все пространство, занимаемое как манипулом, 
так и эскадроном, составляет четырехугольник. Фигуры манипула и эскадрона 
лицевой стороной обращены к проходам и вдоль улиц имеют определенную длину, сто 
футов; обыкновенно стараются делать ее такою же и в ширину, только не у 
союзников. Всякий раз, когда употребляются в дело легионы большего состава, 
соответственно тому увеличивается длина и ширина четырехугольников. 

29. Так как стоянка конницы находится против средних палаток трибунов, то этим 
образуется нечто вроде полосы, идущей под прямым углом к только что упомянутой 
прямой и к площади перед трибунами. Дело в том, что все проходы между палатками 
имеют вид улиц, по обеим сторонам коих в длину размещены или манипулы, или 
эскадроны. Итак, в тылу конницы, о которой сказано выше, римляне помещают 
триариев обоих легионов, за каждым эскадроном по манипулу, все теми же 
четырехугольниками, притом так, что все четырехугольники смежны между собою, и 
триарии обращены лицом в сторону, противную от конницы. При этом ширина каждого 
манипула триариев наполовину меньше длины, ибо и самый состав триариев 
обыкновенно наполовину малочисленное прочих родов оружия. Вот почему хотя число 
солдат часто бывает не одинаково в манипулах, тем не менее все манипулы 
одинаковой длины и разнятся только в ширине. Потом, на расстоянии пятидесяти 
футов от триариев обоих легионов, напротив их располагаются principes . Так как 
и эти последние обращены лицом к упомянутым выше свободным промежуткам, то 
опять образуются две улицы; и они начинаются и открываются у той самой прямой 
линии, что и улицы конных воинов, именно, от площади перед трибунами в сто 
футов ширины; оканчиваются эти улицы на стороне лагеря  74 , противоположной 
трибунам, которую мы с самого начала приняли за лицевую сторону всего лагеря. 
Вслед за principes , спиною к ним и лицом в противоположную сторону, помещаются 
hastati в смежных стоянках. Так как, согласно первому объяснению, все части 
легиона имеют по десяти манипулов, то все улицы получают одинаковое протяжение 
и все оканчиваются у лицевой стороны лагеря; к ней же обращены и крайние 
манипулы.

30. Снова отступив пятьдесят футов от hastati , напротив их располагается 
союзническая конница, начинаясь от той же самой прямой линии, что и hastati , и 
у одной с ними кончаясь. Число союзников, как я сказал выше, в пехоте такое же, 
как и в римских легионах, за вычетом отборных  75 ; союзническая конница вдвое 
многочисленнее римской, даже за вычетом третьей части, составляющей отборную 
конницу. Соответственно большему составу увеличивают ширину стоянки 
союзнической конницы, но длину стараются сохранить за ними, одинаковую с 
римскими легионами. Когда все пять проходов образовались, помещают манипулы 
союзнической пехоты с соответственным расширением их стоянки, в направлении, 
обратном тому, в каком стоит конница, так что эти манипулы обращены лицом к 
валу и к обеим боковым сторонам лагеря. В каждом манипуле, в обеих частях 
лагеря, первые палатки занимают центурионы. Разбивая лагерь вышеописанным 
способом, римляне при этом оставляют с обеих сторон между шестым и пятым 
эскадронами промежуток в пятьдесят футов; то же самое и в манипулах пехоты. 
Благодаря этому получается новый проход посередине лагеря, пересекающий поперек 
вышеупомянутые улицы и параллельный палаткам трибунов. Его называют пятым, 
quintana , так как он тянется вдоль пятых отрядов. 

31. Пространство, находящееся в тылу палаток трибунов и с обеих сторон 
прилегающее к стоянке консула, отводится с одной стороны под площадь, с другой 
под квартиру квестора  76 с находящимися при нем запасами. Позади крайних 
палаток трибунов по обеим сторонам их и как бы под углом к ним  77 
располагаются конные воины, выделенные из отборных, и часть добровольцев, 
идущих в поход из расположения к консулам  78 ; все они находятся у боковых 
сторон лагеря и обращены по одной стороне к квартире квестора, по другой к 
площади. Обыкновенно эти воины не только в лагере помещаются вблизи консулов; 
они и в походах, и всегда, когда нужно, находятся при консуле или квесторе и 
оказывают им всевозможные услуги. Спиною к этой коннице, лицом к валу 
расположены пешие воины, обязанные такою же службой, как и те конные. Тотчас за