рат, царь аркадян, был 
подкуплен спартанцами (IV, 17, 2).
Фукидид в своем рассказе о судьбе героя Греко-персидских войн, спартанского 
военачальника Павсания, замечает, что тот подчинился требованию эфоров и 
вернулся из Малой Азии в Спарту только потому, что надеялся "уладить дело 
подкупом" (I, 131, 2).

Павсаний, автор "Описания Эллады", даже утверждал, что спартанцы были 
единственными, кто осмелился подкупить Пифию (III, 4, 5-6). В качестве примера 
Павсаний приводит случай с царем Клеоменом, который подкупил дельфийских жрецов,
 чтобы те объявили его соперника Демарата не сыном царя Аристона
024_156
. После того как это преступление раскрылось, Клеомен вынужден был бежать из 
Спарты, а его агенты в Дельфах лишились своих должностей (Her. VI, 66). В 
достоверности данного сообщения Геродота вряд ли можно сомневаться: хорошо зная 
многие скандальные истории, связанные с Дельфами, Геродот в данном случае счел 
нужным сообщить даже имена тех, через кого действовал Клеомен.

Еще одну примечательную историю, свидетельствующую о постоянных и очень тесных 
связях спартанских царей с Дельфами, рассказывает Фукидид. По его словам, царь 
Плистоанакт исключительно благодаря усилиям Дельф в 426 г. смог вернуться на 
родину после почти двадцатилетнего изгнания (V, 16). Фукидид прямо не говорит, 
что жрецы действовали в пользу царя, будучи подкупленными им. Но он сообщает 
такие подробности, которые

заставляют думать о весьма высокой вероятности того, что царь использовал все 
средства, включая взятки, и с их помощью добился от дельфийских жрецов столь 
необходимой ему поддержки. По словам Фукидида, в Спарте постоянно ходили слухи 
о "противозаконном возвращении" Плистоанакта из изгнания. Противозаконность, 
по-видимому, усматривалась в том, что царь использовал запрещенные средства, 
добиваясь от жрецов регулярного провозглашения сфабрикованного по его 
требованию оракула. Действительно, как сообщает Фукидид, всякий раз, когда 
спартанцы посещали Дельфы, они неизменно получали один и тот же оракул: 
"Лакедемоняне должны вернуть с чужбины в свою землю потомка полубога Зевсова 
сына. Иначе им придется пахать землю серебряным лемехом" (V, 16, 2). Очень 
высока вероятность того, что спартанский царь нашел понимание в Дельфах 
исключительно с помощью взяток и подарков
024_157
.


Можно вспомнить также широко развернутую кампанию по подкупу наиболее 
влиятельных святилищ как в Греции, так и вне ее, автором которой был знаменитый 
спартанский адмирал Лисандр (Diod. XIV, 13, 3-7; Nepos. Lys. 3, 1-4; Plut. Lys. 
25, 3-4). Целью этой кампании было добиться божественной санкции для нового 
закона о престолонаследии, который (в случае его принятия) открывал Лисандру 
дорогу к царской власти. Вот как объясняет Диодор обращение Лисандра к 
оракулам: "Зная исключительную склонность лакедемонян к оракулам, он решил 
подкупить пророчицу в Дельфах; ибо он считал, что если ему удастся получить 
изречение, соответствующее его замыслам, то он легко добьется своего выбора" 
(XIV, 13, 3-4). Для такой операции, конечно, требовались значительные средства, 
что, однако, противоречит утверждению Феопомпа о крайней бедности Лисандра 
(Plut. Lys. 30, 2). Но личная бедность Лисандра вовсе не мешала ему как главе 
партии пользоваться средствами своих друзей и единомышленников. Эфор и Диодор 
говорят о больших суммах денег (

polu; crusivon

у Эфора и

crhmavtwn plh'qo"

у Диодора), которыми оперировал Лисандр и его агенты для подкупа оракулов в 
Дельфах, Додоне и Ливийском оазисе Зевса-Аммона (Ephor. ap. Plut. Lys. 25, 3-4; 
Diod. XIV, 13, 33-7). В этой истории больше всего поражает масштабность акции

и циничность ее авторов. Сам факт подобной многоэтапной авантюры 
свидетельствует о том, что ничего экстраординарного в подкупе жрецов Лисандр и 
его окружение не видели. Просчитался Лисандр только в одном - в Дельфах, Додоне 
и Ливии не захотели иметь дело с полуопальным полководцем, и ему отказали в том,
 что не раз делали для представителей спартанской элиты, начиная уже с Ликурга. 
Эта манипуляция с оракулами, предпринятая Лисандром, несмотря на свой провал, - 
бесспорное свидетельство того, сколь давно и хорошо в среде спартанской знати 
была отработана методика взяток.

В качестве заключения следует отметить, что уже к сер. V в. взяточничество в 
среде спартанского высшего сословия воспринималось как вполне рядовое явление
024_158
. Но по-настоящему опасными и разрушительными для общества процессы, связанные 
с коррупцией, становятся на исходе V в. Источники свидетельствуют, что брали 
взятки и обкрадывали казну не отдельные "чиновники", а вся спартанская элита 
вкупе, включая царей, геронтов, эфоров и генералитет.


Наши свидетельства о взятках в силу специфики источников относятся, как правило,
 к области внешней политики
024_159
. Что происходило внутри спартанского общества и насколько платными были те или 
иные "хлебные" должности, мы можем только догадываться.

Хотя, судя по количеству бездарных и продажных навархов последнего десятилетия 
Пелопоннесской войны, нельзя полностью исключить вероятность скрытой купли - 
продажи выгодных должностей.
Тема коррупции в Спарте, конечно, не исчерпывается данным обзором. Здесь 
собрана только часть данных, относящаяся главным образом к классическому 
периоду. Но и на основании рассмотренных материалов можно сделать вывод, что 
коррупция в Спарте приобрела к концу V в. такие масштабы, что оказывала сво