они уступают врагу и не смогут организовать такую 
атаку, чтобы выгнать его из долины. Он передал задним полкам приказ начать 
отступление, а остальным — двигаться за ними. Начальнику тысячи он велел 
сдерживать кочевников и тоже отходить по подразделениям.

Так они пробирались через все черные горы, а волны сарматов и массагетов 
накатывались на них из ущелий. Дисциплинированные воины тысячи держали свои 
ряды, несмотря на потери среди всадников и лошадей. Затем Кир приказал своим 
полкам пройти через лагерь на открытое пространство позади него. Он рассудил, 
что возбужденные кочевники, преследующие их колонны, будут откалываться от 
своей стаи, чтобы пограбить в лагере и убить его защитников.

Все произошло так, как он ожидал. Как сарматы, так и массагеты прекращали 
преследование и сворачивали в лагерь персов, принимаясь кружить вокруг шатров, 
словно стаи волков вокруг добычи.

На равнине за лагерем персы собрались все вместе по сигналам своих начальников. 
Они снова выстроились по сотням и тысячам. Кир не решился дать лошадям время 
передохнуть. Выехав из фронта вперед, чтобы его было видно, выделяясь белыми 
перьями на головной повязке, он приказал полкам следовать за ним. Следовать за 
начальниками, которых он вел.

Это была его старинная хитрость. Персы находились на грани катастрофы в узкой 
долине. Здесь, на свободном пространстве, они могли пустить скакунов галопом и, 
следуя за своим царем, не сомневались, что легко справятся с дезорганизованным 
противником, что им часто удавалось сделать раньше. Кир не чувствовал усталости 
и громко закричал, услышав позади стук копыт нисайцев. Все персы подхватили его 
крик.

Стрела попала в Кира на краю лагеря. Когда атака оказалась между шатров, он 
получил еще ранение копьем. Охрана сражалась, образовав кольцо вокруг него, 
сдерживая врагов. Потом его вынесли с поля битвы.

Выжившие персы сдвинули ряды и отступили с Киром к реке. Там они нашли для него 
убежище в глиняных стенах хижины. На третий день на берегу реки Кир Ахеменид 
скончался.


* * *

Поскольку армию не сопровождали писцы, правда о том, что случилось за рекой, 
никогда не была записана. Вавилонская хроника в своей сухой манере просто 
констатировала, что Кир, Царь земель, был убит в северо-восточных степях в 
сражении с дахианами, то есть врагами. Когда над смертью Кира задумались 
греческие поэты, они снабдили ее романтическими мотивами и рассказали, что Кира 
заманила в степи царица сарматов по имени Томирис. Поэты сообщили, что Томирис 
отомстила за себя, вызвав Кира на битву, и, когда он был убит, она взяла его 
голову в руки и смотрела, как кровь течет на землю. Какая-то доля правды в этом 
могла быть, но вся правда не стала известна никогда.

Новости полетели в Мараканду, южнее, в Бактрию, и вдоль по Царской дороге за 
две тысячи миль до Милета и островов в море. По всему этому пути народ скорбел 
о человеке, правившем ими двадцать лет. Уцелевшие воины замуровали тело Кира в 
воск и привезли его назад в паланкине. На вершинах Бактрии был погашен костер, 
и жертвенники Парсагард погрузились во тьму.

У северного входа в долину Парсагард ждал Камбис. Когда приблизился паланкин, 
он спешился, взял поводья ведущих нисайцев и повел их вниз по дороге в долину. 
Там собрались вожди древних племен и сатрапы мировой империи.

К тому моменту небольшая гробница на семи ступенях у реки была построена. 
Поэтому никто не спрашивал, что делать с телом царя. Но многие Ахемениды 
чувствовали, что темная каменная каморка не может стать комнатой Кира, первого 
Великого царя их народа. Они убедили Камбиса и хранителей закона приготовить 
саркофаг из чистого золота, наподобие того, что занимали египетские фараоны. В 
него они поместили Кира, в тиаре с драгоценными камнями, в одежде из 
вычеканенного золота, и поставили на ложе с ножками из чеканного золота. При 
этом вождям и жрецам пришлось зажечь факелы, поскольку внутреннюю дверь нельзя 
было открыть, не закрыв внешнюю дверь гробницы. В узком пространстве у ложа на 
столик, также сделанный из чеканного золота, присутствующие на похоронах 
положили меч Кира, который он носил редко, его хитон из вавилонского полотна и 
пурпурного цвета штаны для верховой езды вместе с поясом с драгоценными камнями 
и мягкими кожаными сапогами. Стены комнаты завесили коврами, сотканными в 
Сардах.

Всем им казалось, что Кир намеревался принимать гостя в своей комнате. Таким 
гостем мог быть лишь наследник империи персов. Поэтому первым гостем стал 
Камбис. Он вошел в гробницу, облачился в одежды Кира, и Ахемениды сопроводили 
его к жертвенникам-близнецам на вершине, где он дал царскую клятву защищать 
свой народ и отведал похлебки из фиг, терпентиновых зерен и кислого молока. Эта 
трапеза озна