аступил праздник, в который иудеям древним законом 
предписано есть опресноки. (Этот праздник носит название Пасхи, служа 
напоминанием их удаления из Египта; эти дни иудеи празднуют особенно охотно, и 
у них в обычае приносить тогда больше жертв, чем в какойлибо другой праздник; 
в это же время на поклонение Всевышнему стекается в город бесчисленная масса 
жителей не только из пределов их собственной страны, но и изза границы.) И вот 
бунтовщики, оплакивавшие смерть законоучителей Иуды и Матфия, также собрались в 
храме, где у них всего было вдоволь, потому что им не было стыдно выклянчивать 
себе запасы у других. Тогда Архелай, опасаясь, как бы эти люди в своем 
ослеплении не решились на опасные меры, выслал к ним отряд тяжеловооруженных 
под командой хилиарха1336 с предписанием сдержать пыл бунтовщиков раньше, чем к 
ним присоединится и ими будет увлечена слишком большая часть народа. При этом 
царь приказал привести к нему всех тех, кто обнаружил бы слишком большое 
увлечение беспорядками. На этих солдат руководители бунта и масса простонародья 
набросились с яростью, крича и ободряя друг друга, окружили их и закидали 
большинство их камнями. Спаслись бегством лишь немногие из солдат и их 
военачальник, но все они были ранены. Затем, совершив это, бунтовщики вновь 
принялись за жертвоприношения. Между тем Архелай стал опасаться за целость 
своего царства, если не подавить этого волнения народа. Поэтому он выслал все 
свое войско, а также кавалерию, предписав последней воспрепятствовать тому, 
чтобы заключенным в храме была оказываема какаялибо поддержка со стороны 
расположившихся вне святилища, а также ловить тех, кто избегнет рук пехоты и 
считал бы себя уже в безопасности. Таким образом всадники перебили до трех 
тысяч человек; остальные ушли на ближайшие возвышенности. Затем Архелай велел 
возвестить всем, что разрешает им вернуться к делам своим. Тогда эти люди 
оставили празднование Пасхи и возвратились домой, боясь всяких осложнений, хотя 
они [вначале] и выказали, благодаря своей необразованности, такую дерзость.
      После этого Архелай в сопровождении своей матери1337, Птолемея, Николая и 
многих друзей отправился в морское путешествие, поручив заведование всеми 
домашними и государственными делами своему брату Филиппу. Вместе с ним поехала 
также Саломея, сестра Ирода, со всей многочисленной родней своей, под предлогом 
поддержать Архелая в его утверждении царем, на деле же с целью 
противодействовать ему в этом и особенно для того, чтобы поднять шум изза 
случившегося в храме. В Кесарии с Архелаем встретился Сабин, сирийский 
уполномоченный императора, отправлявшийся в Иудею, чтобы арестовать денежные 
суммы Ирода. Однако от этого намерения удержал его прибывший туда Вар, которого 
с этой целью Архелай специально пригласил через Птолемея. В угоду Вару Сабин 
воздержался от занятия иудейских крепостей и от опечатания казны, которую 
предоставил в распоряжение Архелая до принятия соответствующего решения со 
стороны императора. Сам он остался в Кесарии, обещав это Архелаю. Когда же 
Архелай отплыл в Рим, а Вар вернулся в Антиохию, Сабин двинулся на Иерусалим и 
занял царский дворец. Затем он послал за начальниками гарнизонов и всеми 
чиновниками и прямо потребовал от них отчета, распоряжаясь по личному 
усмотрению судьбой укреплений. Однако чиновники не ослушались ни в чем 
приказаний Архелая, удержали у себя все, что им доверил царь, и сослались на то,
 что они берегут все для императора.
      4. В то же самое время отправился в Рим также другой сын Ирода, Антипа, 
имея в виду со своей стороны выступить претендентом на престол. Он был побужден 
к тому Саломеей, которая убедила его, что он имеет больше прав на престол, чем 
Архелай, так как он был объявлен царем в первом завещании, которое имеет более 
законной силы, чем написанное впоследствии. Его сопровождали его мать и 
Птолемей, брат Николая, который раньше принадлежал к числу наиболее влиятельных 
друзей Ирода, а теперь был близок к нему. Особенно же сильно побуждал Антипу 
домогаться престола некий Иреней, человек, отличавшийся необыкновенным 
красноречием и достигший благодаря этому своему недюжинному таланту высокого 
общественного положения. Поэтому Антипа и не внимал советам тех, которые 
уговаривали его уступить своему старшему брату Архелаю, вдобавок назначенному 
царем в самом завещании Ирода.
      Когда Антипа прибыл в Рим, все родные стали на его сторону, впрочем, не 
из расположения к нему, но из ненависти к Архелаю, особенно же оттого, что все 
они жаждали свободы и желали быть подчинены римскому наместнику. Если бы, 
однако, тут вышла задержка, то они считали для себя более выгодным поддерживать 
Антипу, чем Архелая, и потому всячески отстаивали интересы первого. Вместе с 
тем и Сабин прислал Цезарю письменное обвинение против Архелая.
      5. Архелай, со своей стороны, представил императору прошение, в котором 
излагал свои притязания и, приложив к этому завещание отца, равно как послав к 
Цезарю Птолемея с перечнем Иродова имущества и перстня, стал ожидать исхода 
своего дела. Император прочитал бумаги его и письма Вара и Сабина, 
удостоверился в состоянии имущества Ирода и в его ежегодных доходах, а также 
внимательно разобрал все доводы Антипы относительно его прав на царский престол.
 Затем он собрал для обмена мыслей своих друзей, и в том числе Гая, сына 
Агриппы и его дочери Юлии1338, который пользовался у него большим влиянием и 
которого он считал своим первым советником. Всем желающим высказаться 
относительно настоящего положения дел император предоставил это право. Первым 
выступил с речью Антипатр, сын Саломеи, человек, отличавшийся необыкновенным 
красноречием и весьма враждебный Архелаю. Он сказал, что притязания Архелая на 
престол являются насмешкой, потому что Архелай на самом деле вполне 
воспользовался царской властью раньше, чем его утвердил в этом сане император; 
при этом он укорял его в том, как дерзко он распорядился с умерщвленными во 
время праздника, наказание которых ему, даже если бы те был