лим. Но тогда Седекия не стал более доверять предсказаниям 
обоих пророков и притом по следующей причине: в то время как во всем пророки 
сходились между собой, как в предсказаниях, что город падет, так и в том, что 
сам Седекия будет взят в плен, Иезекииль расходился с Иеремиею в том, что 
Седекия не увидит Вавилона, а Иеремия утверждал, что царь вавилонский уведет 
его с собою в качестве военнопленного. И так как оба пророка расходились в этом 
пункте (хотя во всем прочем между ними не было разногласий), царь решил, что и 
во всем остальном они говорят неправду, и потому не верил им вовсе. А между тем 
все предсказания их оправдались на нем, как мы укажем в своем месте.
      3. Соблюдая в течение восьми лет верность вавилонянам, Седекия наконец 
нарушил свои договоры с ними и соединился с египтянами в надежде в союзе с 
последними разгромить вавилонян905. Когда об этом узнал царь вавилонский, он 
двинулся на него походом, разграбил его страну и, заняв укрепленные местности в 
ней, прибыл к самому Иерусалиму в расчете осадить его.
      Тем временем и египетский царь, узнав, в каком положении находится его 
союзник Седекия, собрал большую рать и прибыл с нею в Иудею с целью снять 
осаду906. Тогда вавилонский царь отступил от Иерусалима, выступил навстречу 
египтянам, сойдясь с ними в битве, разбил их и, обратив их в бегство, во время 
преследования совершенно изгнал из Сирии. И вот лишь только вавилонский царь 
отступил от Иерусалима, лжепророки [опять] стали обманывать Седекию, уверяя его,
 что вавилонянин не станет более воевать с ним, да и единоплеменники его, 
которых тот выселил из родины в Вавилон, вернутся и привезут с собою все 
сокровища храма, которые царь [некогда] похитил оттуда. Тогда пришел Иеремия и 
стал утверждать как раз противное и предсказывать истину, а именно указывать, 
что они поступают дурно, обманывая царя; что от египтян им нечего ожидать 
пользы, но что, когда вавилонский царь победит египтян, он соберется пойти 
походом на Иерусалим, что он осадит его и загубит путем голода [весь] народ, а 
оставшихся в живых отведет в плен; что он разграбит имущество, что еще раз 
похитит богатства из храма, а затем подожжет его и уничтожит город. «Мы же, – 
продолжал он, – в течение семидесяти лет будем рабами его и потомков его; а 
затем нас освободят из этого рабства персы и мидяне, которые разгромят 
вавилонян; освобожденные ими (персами и мидянами), мы вновь построим храм и 
восстановим Иерусалим».
      Эти слова Иеремии были приняты большинством с доверием. Знать же и 
безбожные люди стали насмехаться над ним, как над сумасшедшим. И вот случилось, 
когда пророк захотел отправиться в свой родной город, по имени Анафор907, 
отстоявший от Иерусалима на расстоянии двадцати стадий, что ктото из 
начальствующих лиц встретил его на дороге, схватил его и задержал, обвиняя его 
в том, будто бы Иеремия собирается перебежать на сторону вавилонян. Тот стал 
утверждать, что ему приписывается совершенно ложное намерение, так как он 
отправляется к себе на родину. Но начальник не поверил ему, а схватил его и 
представил его на суд старейшин, со стороны которых ему пришлось претерпеть 
всякие поношения и пытки; наконец он был брошен в темницу. Таким образом 
Иеремия провел некоторое время, совершенно незаслуженно подвергаясь всему 
вышеуказанному.
      4. На девятый же год правления Седекии, в десятый день десятого месяца, 
царь вавилонский вторично выступил против Иерусалима, обложил его и в течение 
восемнадцати месяцев осаждал его по всем правилам искусства908. В то же самое 
время над осажденными иерусалимцами разразились два величайших бедствия: голод 
и заразительная болезнь, сильно свирепствовавшие [среди них]. Несмотря на то, 
что пророк Иеремия сидел [в то время] в темнице, он всетаки не мог успокоиться 
и громко взывал и советовал народу впустить вавилонянина в город, открыв пред 
ним ворота; при этом он утверждал, что, если они это сделают, все спасутся, 
если же нет, то погибнут. Он указывал при этом, что если ктонибудь и останется 
в городе, то наверное погибнет либо от голода, либо от меча неприятелей; если 
же убежит к врагам, то избегнет смерти. Однако, даже находясь в таком 
бедственном положении, старейшины, слыша эти предсказания, не верили им, но в 
гневе отправились к царю, стали обвинять пророка и требовали его казни за его 
сумасшествие, выражающееся в том, что он своими заявлениями о предстоящих 
бедствиях смущает народ и старается подорвать его энергию. В то время как 
последний вполне готов подвергаться всяким опасностям ради самого себя и ради 
отечества, Иеремия убеждает его перейти на сторону неприятелей, уверяя, что 
город будет взят и все при этом погибнут.
      5. Между тем сам царь, по своей порядочности и справедливости, лично 
нисколько не разгневался на пророка, но для того, чтобы именно в такое время 
своим противодействием планам знати не возбуждать вражды против себя, он 
предоставил им пророка и позволил распорядиться с ним по их собственному 
благоусмотрению. Ввиду этого данного им царем разрешения, знатнейшие граждане 
тотчас отправились в темницу и, взяв пророка, бросили его в яму, наполненную 
грязью, дабы он в ней задохся. Погрузившись в грязь по шею909, пророк находился 
в яме. Однако один из главных царских служителей, родом эфиоп, сообщил царю о 
мучениях пророка и указал при этом на то, что царские приближенные и знатнейшие 
люди поступили вполне гнусно, погрузив пророка в грязь и придумав для него 
гораздо более мучительный способ смерти, чем тот, которому он подвергся бы при 
заключении в темницу. Когда царь узнал об этом, то раскаялся в том, что выдал 
пророка знати, и приказал эфиопу взять тридцать царских служителей, веревок и 
всего, что могло быть полезно для спасения пророка, и немедленно извлечь 
Иеремию из ямы. Эфиоп поступил, как ему было повелено, извлек пророка из 
грязной ямы и отпустил его без стражи домой.
      6. Когда же [затем] царь тайно послал за ним (Иеремиею) и спросил его, 
что