доставить заботу о наказании Навуфа. Немедленно после этого она от имени 
Ахава разослала начальствующим над израильтянами лицам письменное приказание 
объявить о назначении поста в известный день, созвать народное собрание и 
вызвать туда Навуфа (который был знатного рода). При этом она велела привести в 
собрание трех негодяев, которые согласились бы лжесвидетельствовать в том 
смысле, будто Навуф при них богохульствовал и поносил царя; за это Навуфа можно 
будет побить камнями и таким образом избавиться от него. И действительно, как 
приказала царица, Навуф был изобличен лжесвидетелями в богохульстве и поношении 
Ахава и подвергся смертной казни чрез побитие камнями от руки черни. Получив 
известие о приведении приговора в исполнение, Иезавель пошла к царю и 
предложила ему даром завладеть виноградником Навуфа. Ахав обрадовался этому 
случаю, покинул свое ложе и отправился осмотреть виноградник Навуфа. Тогда 
Господь Бог в гневе послал пророка Илию на поле, принадлежавшее Навуфу, чтобы 
встретиться там с Ахавом и спросить его, на каком основании он, убив законного 
владельца данного земельного участка, теперь думает столь бесчестно овладеть 
его имуществом. Когда же Илия пришел к Ахаву, царь спросил его, что он имеет 
сообщить ему (Ахаву было стыдно быть застигнутым врасплох на самом месте 
преступления). Тогда пророк ответил, что на том самом месте, на котором труп 
убитого Навуфа стал добычею собак, прольется кровь Ахава и его жены и погибнет 
весь род их за то, что он решился на столь дерзновенный поступок и вопреки 
всяким законам загубил совершенно невинного гражданина. Тогда Ахава охватили 
скорбь и раскаяние в содеянном им преступлении; он надел на себя власяницу, 
ходил босой, не прикасался к пище и открыто сознавался в своем преступлении, 
которое навлекло на него гнев Предвечного. Господь Бог же объявил ему чрез 
пророка, что, так как Ахав чувствует раскаяние в совершенных злодеяниях, Он при 
его жизни отложит наказание рода его, а приведет свою угрозу в исполнение лишь 
на сыне Ахава793.
      
Глава четырнадцатая
      
      1. Это решение Предвечного объявил царю пророк. Таковы были дела Ахава в 
то время, как царствовавший в Сирии и Дамаске сын Адада794, собрав из всех 
владений своих значительную рать и соединившись с тридцатью двумя царями, 
владевшими землями по ту сторону Евфрата, пошел войною на Ахава. Не будучи по 
боевым силам равным своему противнику, Ахав не решился вступить с ним в битву, 
но велел всему населению своей страны искать убежища в наиболее укрепленных 
городах, а сам засел в Самарии, которая была сильно укреплена прочнейшими 
стенами и вообще казалась почти недоступной. Тогда сирийский царь стянул туда 
все свое войско и, обложив город, приступил к его осаде. Но перед этим он 
послал к Ахаву посланца с требованием принять то посольство, которое должно 
будет ознакомить Ахава с его, сирийца, требованиями. Когда царь израильский 
согласился на принятие такого посольства, последнее было прислано и объявило, 
чтобы по требованию их царя последнему были выданы все сокровища, дети и жены 
царя Ахава. Если Ахав согласен с этим и предоставит их царю распорядиться, как 
ему заблагорассудится, то он готов удалиться с войском и прекратить осаду. На 
это Ахав велел посольству вернуться и объявить царю, что как он сам, так и вся 
семья его предоставляют себя в его распоряжение. Когда посланные принесли царю 
сирийскому такой ответ, царь отправил к Ахаву вторичное посольство с 
требованием впустить, если Ахав согласен предоставить в его распоряжение все 
свое имущество, на следующий день в город тех людей Адада, которых он пришлет; 
пусть Ахав позволит им обыскать весь дворец и дома друзей и родственников царя, 
захватить все, что им наиболее там понравится, и оставить то, что не будет по 
их вкусу.
      Пораженный требованиями этого второго посольства сирийского царя. Ахав 
[немедленно] созвал народное собрание и сказал, что, ради спасения народного и 
сохранения мира, он был готов пожертвовать врагу своих собственных жен и детей 
и предоставить ему все свое личное имущество, так как того требовал сириец чрез 
первое свое посольство. «Ныне же, – продолжал Ахав, – сириец требует, чтобы я 
позволил прислать сюда его людей, которые обыщут все дома и, конечно, не 
оставят там ничего ценного. Тут он, очевидно, желает сохранить себе лишь 
предлог к продолжению войны, так как отлично знает, что, хотя я лично и готов 
пожертвовать собою ради нас, я всетаки предпочту воевать с ним для сохранения 
в целости ваших личных интересов. Впрочем, я поступлю сообразно вашему решению».

      На это народ отвечал, что не следует слушать требования сирийского царя, 
не обращать на него внимания и быть готовым вести войну. Ввиду этого Ахав 
отпустил послов с ответом, что на первое условие царя он и теперь еще готов 
согласиться, ради безопасности своих подданных, но что второе предложение он 
отвергает.
      2. Услышав об этом, Адад очень разгневался и в третий раз отправил к 
Ахаву послов с угрозою, что он воздвигнет стену, гораздо более высокую, чем та, 
которая окружает Самарию и над которою он смеется: для того ему лишь стоит 
приказать каждому из своих солдат бросить одну горсть земли. Этим он хотел 
показать Ахаву свое численное над ним превосходство и напугать его. Ахав, 
однако, отвечал, что следует хвастаться не тем, что надел оружие, а тем, что в 
нем одержал победу во время битвы. Послы Адада отправились в обратный путь и 
сообщили своему государю ответ в то время, как он сидел с тридцатью двумя 
царственными союзниками своими за обедом. Адад немедленно отдал приказание 
окружить город окопами, соорудить валы и ничего не оставлять без внимания, что 
могло бы способствовать ближайшему успеху осады. От всех этих приготовлений 
Ахава и весь народ его обуял ужас. Однако он успокоился и перестал бояться, 
когда к нему подошел какойто пророк с заявлением, что Господь Бог обещает 
Ахаву даровать победу над столькими тысячами врагов. На вопрос царя, при помощи 
кого же