| |
вается у великанши-воительницы, которая в
итоге становится его любовницей (причем инициатива исходит с ее стороны —
стандартный случай с валькирией). Он убивает бога плодородия, он совершает
путешествие в царство мертвых, где становится свидетелем непрерывной схватки
между мертвыми воинами. Все это можно, вне всякого сомнения, провести по
«волчьей» линии. С другой стороны, для того чтобы загладить вину за умерщвление
бога плодородия, он приносит жертвы Фрейру, затем женится и жалуется на то, что
не любит гор и волчьего воя — то есть буквально, по справедливому замечанию А.Я.
Гуревича [Гуревич 1979: 20], повторяет слова Ньёрда, вана по происхождению.
Таким образом Хаддинг «продает братву за сытую жизнь» — с чем, вероятно, связан
и откровенно иронический, построенный на своеобразном «черном юморе» сюжет о
его смерти. Друг и побратим Хаддинга, шведский конунг Хундинг (показателен сам
выбор персонажа: «друг Хундинга», с точки зрения «волков», — уже оскорбление),
услышав о смерти Хаддинга, устраивает пир в его память и тонет в бочке с пивом.
Хаддинг, узнав об этом, вешается с горя при всем честном народе (то есть
умирает в ошейнике, повторяя ритуальное повешенье Одина в сниженном и явно
пародийном ключе1).
' Напомню, что Один «вешается» на дереве, пригвоздив себя копьем, —
ситуация, повторяемая, очевидно, в одинических ритуалах перехода; ср. смерть
Хельги, Сигурда, убийство Старкадом своего конунга Викара (одновременно петля и
копье), а также, вероятно, и семнонский ритуал в «Роще оков».
416 В Михаилин Тропа звериных слов
3.4. ВОЗМОЖНЫЕ ПАРАЛЛЕЛИ
В ДРЕВНЕГЕРМАНСКОИ
МИФОЛОГИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ
Возможно, некоторые «собачье-волчьи» смыслы содержатся и в сюжетах,
связанных с ключевой троицей асов, Одином, Локи (Лодуром) и Хениром, в том
случае, если приписать Одину сугубо «волчьи» коннотации, Хениру — песьи, а Локи
— «переходные», чем среди прочего может объясняться и его специфическая роль в
сообществе асов. С этой точки зрения становится понятнее соль шутки Локи,
которой ему удается рассмешить «разгневанную валькирию» Скади, пообещавшую в
противном случае перебить всех асов до единого: Локи привязывает к гениталиям
козлиную бороду, скачет в таком виде перед Скади, и та не может удержаться от
смеха Козел — животное сугубо домашнее, связанное с «внутренней», «ближнего
круга» магией плодородия, атрибутивное животное «земляного громовика» Тора. О
специфических смыслах мужских гениталий применительно к «волчье-собачьему»
тематическому полю (о «любострастии» псов и «ритуальной кастрации» волков) уже
упоминалось выше. Если Локи — божество «переходного» характера, ему
позволительно издеваться над обеими сторонами дихотомии одновременно — что он и
делает. В итоге грозившая было «переасить асов» Скади смиряется и выходит замуж
за миролюбивого «вана в отставке» Ньерда.
Если Один, Локи и Хенир суть всего лишь функциональные ипостаси одного
божества1, то в этой связи получает несколько иное освещение и комплекс сюжетов,
связанных в той или иной степени с Рагнарек, «судьбой богов», последней битвой
с хтоничес-кими чудищами, в которой будут уничтожены асы, и мир затем «начнется
заново». Начнем с того, что самые страшные недруги асов суть их же собственные
порождения, а вернее, порождения аса Локи (змей Ермунганд, Фенрир-волк и Хель,
хозяйка царства мертвых) Причем финальное единоборство Одина с волком Фенриром
есть, по сути, единоборство с самим собой — уж в «одинической» атрибуции волка
сомневаться не приходится, даже если не принимать во внимание версии о Локи как
об ипостаси Одина.
Сюжет о том, как Фенрира «сажали на цепь», и ключевая в нем фигура богаТюра
(Тиу) приобретают в этом случае непосредствен-
1 Что косвенно подтверждается, помимо их постоянной наклонности к
«совместному творчеству», некоторыми специфическими сюжетами — вроде сюжета о
рождении Слейпнира, восьминогого коня Одина, от Локи, который некоторое время
вынужден был провести в обличье кобылы. Ср конские коннотации самою Одина О
семантике коня см соответствующую главу в «скифском» рашеле книги
Архаика и современность
417
ную связь с ритуалом «песье-волчьего» перехода. Тюр — бог «честного» боя,
судебного поединка натинге между «своим» и «своим», хранитель воинского кодекса
и обладатель «правильного», «белого» оружия — меча. «Обуздание» волчьей
составляющей — его естественная прерогатива. Показательно, что именно он в
конце концов сковывает дважды срывавшегося с цепи Фенрира, предложив ему в
залог свободы собственную руку и в результате пожертвовав ею. Во время Рагнарёк
окончательно сорвавшийся с цепи Фенрир проглатывает Одина и гибнет от руки
Видара, сына Одина, то есть совершается двойное ритуальное самоубийство.
(Причем Фенрир имеет и свою «песью» ипостась — пса Гарма, который во время
Рагнарёк гибнет, естественно, в поединке с Тюром и одновременно с ним.)
3.5. РОЛЬ И ФУНКЦИИ ЖЕНСКОГО ПЕРСОНАЖА В ПРОТИВОСТОЯНИИ МЕЖДУ
«ВОЛКАМИ» И «СОБАКАМИ».
ИТОГОВАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ «ОСНОВНОГО»
СЮЖЕТА И РИТУАЛА
Прежде чем вернуться к непосредственному истолкованию «основного» сюжета,
попытаемся
|
|
