закричать, но лапа закрывала ему рот не хуже, чем глаза. Пока его тащили 
обратно в коридор, он безрезультатно боролся и столь же безрезультатно пытался 
ругаться сквозь мохнатую ладонь, зажимавшую ему рот. Раздалось еще два взрыва, 
второй сбил его вместе с противником с ног. Направление изменилось: Хэн 
ударился локтем о створку двери.
Грубый пинок, и он снова оказался на свободе, то есть получил возможность 
нормально дышать и осмотреться. Это была небольшая кладовая при баре. Три стены 
были почти до самого потолка заставлены ящиками с бутылками. Некоторые из них 
упали с полок; бутылки разбились. Из одного упавшего ящика текла красная 
жидкость. В воздухе разливались соблазнительные ароматы.
Опираясь на дверь, непринужденно стоял Шныр. И опять ухмылялся.
— Привет, Соло, — сказал он. — Спасибо, что заглянул.
— От такого любезного приглашения было невозможно отказаться, — угрюмо ответил 
Хэн, осматриваясь. Его бластер висел перед грудой ящиков в двух метрах от него, 
прямо перед тучной и удивительно твердой тенью.
— Ты, конечно, помнишь моего духа, — светски представил это существо Шныр. — 
Это он пробрался по трапу «Госпожи удачи» и подбросил вам «жучок». Тот, что был 
внутри корабля.
Так вот как Шныру удалось очутиться тут так быстро. «Коралл Ванду» потряс новый 
удар, и еще один ящик не удержался и свалился вниз. Хэн отскочил к двери и 
повнимательнее пригляделся к тени. На этот раз ему удалось различить глаза и 
мелькнувшие белые клыки. Соло-то всегда думал, что духи — всего лишь часть 
космического фольклора. Ан нет.
— Еще не поздно заключить сделку, — сказал Хэн Шныру.
Тот посмотрел на него удивленно.
— Это и есть твоя часть сделки, Соло, — высказался он. — Иначе почему, 
по-твоему, ты оказался здесь, а не в коридоре, где идет пальба? Мы просто хотим 
подержать тебя здесь, в тепле и безопасности, пока все не устаканится, — он 
приподнял бровь. — А вот с Калриссианом — совсем другое дело.
Хэн мрачно уставился на него.
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, что я устал от того, что он все время путается у меня под 
ногами, — дружелюбно промурлыкал Шныр. — Так что, когда «Коралл Ванда» сдастся 
и поднимется на поверхность, я пойду и лично удостоверюсь, что он окажется в 
гуще событий, храбро защищая бедненького капитана Хоффнера от нехороших 
штурмовиков. Если повезет… — он развел руками и улыбнулся.
— А, так значит, этого парня зовут Хоффнер? — усмехнулся Хэн, пытаясь подавить 
злость. Если он сейчас даст волю своему бешенству, Ландо это ничем не поможет.
 — Я так понимаю, на борту его нет? Имперцы этому не обрадуются.
— О нет, он как раз на борту, — заверил его Шныр. — Хотя и малость не в духе. 
Мы заперли его в номере примерно час спустя после отплытия.
— А ты уверен, что это именно тот парень? — поинтересовался Хэн.
Шныр пожал плечами.
— Если даже и не тот, то Гранд адмиралу будет некого в этом винить, кроме себя. 
Это он назвал мне его имя.
Новый удар заставил всех присутствующих покачнуться.
— Ну, приятно было поболтать, Соло, но извини — меня ждут дела, — Шныр 
восстановил равновесие и толкнул дверь.
— Мы заплатим тебе вдвое больше, чем имперцы! — предпринял последнюю попытку 
Хэн.
Шныр даже не удосужился ответить. Улыбнувшись на прощанье, он вышел и закрыл за 
собой дверь.
Хэн обернулся к тени, которая была духом.
— Ну, а ты? — спросил он. — Хочешь разбогатеть?
Дух продемонстрировал свои зубы, но больше никак не отреагировал. Новым ударом 
их резко бросило в сторону. «Коралл Ванда» была добротным кораблем, но Хэн 
прекрасно знал, что против такого обстрела она долго не продержится. Рано или 
поздно им придется сдаться и подняться на поверхность. И тогда за дело примутся 
штурмовики.
За оставшееся время он должен был выбраться отсюда.
* * *
Турболазеры «Химеры» дали еще один залп. Голографический дисплей на капитанском 
мостике исправно нарисовал отрезки красных нитей, вскипятившие море неподалеку 
от черного цилиндра, обозначавшего положение «Коралл Ванды». Бледно-зеленые 
волны превратились в перегретый пар.
— Упорные ребята, надо признать, — пробормотал Пеллаэон, наблюдая, как трясет 
корабль-казино.
— У них на борту много богатых клиентов, — напомнил капитану Траун. — И многие 
предпочтут утонуть, чем расстаться с деньгами.
Пеллаэон с сомнением потер подбородок. Этого он не понимал. Держаться из 
верности кому-нибудь, из чувства долга или просто потому что не было иного 
приказа — все это давно уложилось по полочкам в его голове. И едва ли нашелся 
кто-то, кто переубедил бы Гилада, что его понятия неверны. Но из-за денег? 
Такого постичь ему не дано.
Капитан быстро глянул на монитор.
— Скоро им придется выбирать. Обшивка долго не выдержит. Если они не всплывут 
на поверхность в ближайшие десять минут, то вообще никогда не всплывут.
— Там игроки, капитан, — снисходительно отозвался Траун. — Они поставят на 
прочность брони и будут искать выход из ловушки.
Пеллаэон кисло разглядывал дисплей. Он по-прежнему не понимал игроков.