Форсайт поморщился:
— Оказывается, такового не существует.
Коста посмотрел на него широко распахнутыми глазами:
— Вы шутите?
— Я дважды прочел весь свод законов от корки до корки, — ответил Форсайт, качая 
головой. — Люди, написавшие Ковенант сто восемьдесят лет назад, не предполагали,
 что мы станем чем-то иным, нежели конфедерация нескольких миров, затерянных в 
космосе. Поскольку тогда некому и некуда было перебегать, данный вопрос 
попросту не возникал.
— Это нужно изменить, — сказал Ханан. — Но как нам это сделать?

—
Нам —
никак, — с нажимом произнес Форсайт. — Но
Я
собираюсь внести в Верховный Сенат соответствующий законопроект. К сожалению, 
это требует времени; а пока господин Джереко остается шпионом Пакса.

— А враги Эмпиреи в соответствии с Ковенантом подлежат наказанию, — добавил 
Пирбазари.
Роньон, сидевший у края стола, откуда он мог видеть лица всех присутствующих, 
зашевелил пальцами.
— Я бы рад, — ответил ему Форсайт. — Но решение зависит не от меня. Ни один 
человек в Эмпирее не может его принять.
— Что он сказал? — спросил Коста.
— Он спрашивает, почему бы нам попросту не прекратить войну, — перевел Форсайт. 
— В этом случае вы бы уже не считались врагом и могли бы остаться здесь.
— Звучит разумно, — пробормотала Орнина.
— Минутку. — Коста нахмурился. — Неужели все так просто? И если бы мы не 
воевали с Паксом, проблема была бы решена?
Форсайт смотрел на него, задумчиво морща лоб.
— Не совсем, — ответил он. — Но это было бы неплохим началом. Вас уже нельзя 
было бы однозначно отнести к категории врагов, и мы могли бы перенести акцент 
на ваши конкретные деяния.
— А что? — с едва скрываемым сарказмом осведомился Пирбазари. — Вы знаете, как 
вынудить Пакс убраться отсюда и оставить нас в покое?
— В общем-то да, — медленно произнес Коста.
Форсайт и Пирбазари переглянулись.
— Слушаем вас, — сказал Форсайт. — Что мы должны сделать?
— И во что это нам обойдется? — добавил Пирбазари.
— Вам это ничего не будет стоить, — ответил Коста. — У вас есть координаты 
системы Сцинатры? Она принадлежит к группе планет Гарланда.
— Полагаю, мы сможем их узнать, — сказал Форсайт. — Но зачем?
— На Сцинатре сосредоточено управление нынешней миссией, — объяснил Коста. — 
Именно оттуда высшие армейские чины Пакса наблюдают за ходом операции, и, думаю,
 там находятся правительственные уполномоченные, которые с нетерпением ждут 
вашей капитуляции.
— Так что же, мы отправим к ним послов? — язвительно осведомился Пирбазари.
— Нет, — негромко произнес Коста. — Мы отправим им «Комитаджи».
Краешком глаза он заметил, как голова Чандрис рывком повернулась к нему.
— Что? — воскликнула девушка.
— Он был гордостью флота Пакса, — сказал Коста. Он вспомнил волнение и 
благоговение, которое ощущал на борту этой живой легенды… — Корабль, который 
невозможно победить. Они увидят, что «Комитаджи» не просто разгромлен, но 
полностью разрушен, и это потрясет их до глубины души.
— Но со временем они узнают, что на самом деле «Комитаджи» не был побежден, — 
возразил Пирбазари. — И, уж конечно, поймут, что его разрушила Ангелмасса.
— Это несущественно, — ответил Коста. — Научились ли мы использовать Ангелмассу 
как оружие или хитростью вынудили «Комитаджи» столкнуться с ней, но в конечном 
итоге мы сумели его уничтожить.
— Подбросив останки корабля к их порогу, мы лишь раззадорим Пакс, — заспорил 
Пирбазари. — Они решат как можно быстрее прихлопнуть нас, прежде чем мы еще раз 
напустили на них Ангелмассу.
Коста покачал головой.
— Вы рассуждаете как военный, — сказал он. — Либо как политик, который вынужден 
заботиться о своем престиже и общественном мнении. Но Паксом заправляют совсем 
другие люди. Им руководят Адъюторы, а Адъюторы думают лишь о деньгах.
— Чепуха! — отрезал Пирбазари. — Думаете, они опустят руки только потому, что 
мы слишком дорого им обошлись? Это уже не война, это… — Он замялся, подбирая 
нужное слово.
— Это голый экономический расчет, — согласился Коста. — Однако ничто иное их не 
заботит. Они оставят нас в покое, потому что Эмпирея — это огромные цифры в 
статье расходов. «Комитаджи» уничтожен, и они уже потратили больше, чем могут 
приобрести. Зачем терять время и деньги, завоевывая нас, если в итоге они не 
сведут концы с концами?
Ханан шевельнулся в кресле.
— Это оскорбление для всей нашей цивилизации, — чуть слышно сказал он Орнине.
— Ваша цивилизация даже не догадывается, во что обошлось строительство 
«Комитаджи», — возразил Коста. — Если что-то и может остановить Адъюторов, то 
только нежелание финансировать предприятие, которое не принесло ничего, кроме