– Скоро узнаем. Но все мы сейчас едем к даче Ельшина, где разворачивается еще 
одна драма. Не боитесь? Ведь риск – сто процентов!
– Я привык, – криво усмехнулся Василий. – С вами – хоть в преисподнюю!
Ульяна кивнула, разглядывая лицо Балуева огромными влажными глазами, и ему на 
мгновение стало трудно дышать от нахлынувшей нежности, тоски и тревоги.
СУДНЫЙ ДЕНЬ
Пройти к МИРу под дачей Ельшина можно было только через туннель секретного 
метро, и Матвей не колеблясь выбрал этот путь, хотя и знал, какие трудности 
предстоит преодолеть.
Благодаря прорыву метасознания Горшина и Светлены в реальность Земли 
образовался специфичный внечувственный мостик, соединяющий Матвея с третьим 
уровнем энергоинформационного континуума – универсумом, и теперь он снова мог 
переходить в состояние меоза-самадхи, позволяющее ему оценивать обстановку 
вокруг до мельчайших подробностей. Подключенное поле взаимодействий саркофага 
Инсектов не мешало мыслить, анализировать, чувствовать и принимать решения и 
ощущалось гигантским горбом, висящим на спине, питающимся его мыслями и 
эмоциями. Но страха не было, Матвей знал, что в любой момент может сбросить с 
себя «горб» чужой воли, потому что эгрегор Хранителей продолжал поддерживать 
его, служить психофизической опорой, своеобразным «конем».
Подъехав к заброшенному угольному складу, откуда начинался спуск к ветке 
секретного метро, они первым делом обезоружили команду Лобанова, стерегущую 
вход. Боя не было, Парамонов и Матвей мысленным усилием просто приказали 
шестерке боевиков сойтись во дворе и бросить оружие.
Точно так же они обезоружили еще четверых боевиков уже в самом туннеле метро, 
заодно выяснив у них, что маршал «СС» и бывший генерал ФСК Ельшин в 
сопровождении восьми охранников проследовал здесь всего час назад.
– До бункера Ельшина около десяти километров, – сказал Матвей, оглядывая отряд 
– Парамонова, Ульяну и Василия. – Транспорта нет, придется бежать, времени в 
обрез.
– Неужели нельзя сделать себе колеса? – проворчал Василий. – Или крылья. Какие 
вы Посвященные, если не можете даже летать?
– Способы передвижения в пространстве усилием мысли – следующая ступень 
Посвящения, – серьезно сказал Иван Терентьевич. – Этим в нашей реальности 
владеют немногие люди Внутреннего Круга.
– Он пошутил, – сказал Матвей, повернулся и побежал, постепенно наращивая 
скорость. Ульяна догнала его и пристроилась рядом. Парамонов бежал следом, а 
замыкал группу Василий, которому пришлось тяжелее всех. Энергетика 
человеческого тела, даже самого тренированного, не позволяла развивать скорость 
больше сорока километров в час, и поэтому к бункеру Ельшина Василий прибыл 
почти бездыханным, но отстав от остальных всего на пять минут.
Бункер с электропоездом охранялся еще тремя дюжими молодцами, которые все же 
успели открыть огонь по ворвавшемуся отряду неизвестных. Двоих взял приказом 
«спать» Парамонов, третьего – Матвей, внушив ему, что он окружен целым взводом 
спецназа.
И в это время все одновременно почувствовали мягкий толчок в голову – словно 
пошатнулся весь скальный массив под землей, – и в воздухе прозвучал тихий 
хрупкий звон лопнувшего бокала.
Матвей и Парамонов посмотрели друг на друга, понимая, что Ельшину удалось 
наконец вызвать Монарха.
– Вниз, к Храму арахнидов! – бросил Матвей. Оглянулся на Ульяну. – А вам с 
Василием придется остаться здесь и попытаться задержать Ельшина, когда он 
выйдет из своего компьютерного бункера. Только не лезьте на рожон, достаточно 
создать видимость сопротивления. Возьмите автоматы и поливайте дверь свинцом 
издали.
Ульяна хотела было возразить, сказать, что они способны на большее, но, глянув 
на Матвея, отступила. Такого неумолимого, невероятно спокойного, полного силы и 
знания взгляда, каким посмотрел на нее Матвей, она еще у него не видела! 
Подтолкнула Василия, как и она, почувствовавшего власть друга, к электропоезду, 
проводила Матвея к спуску в подземную полость с Храмом Инсектов. Соболев, не 
оглядываясь, скрылся в проломе, и Ульяна украдкой перекрестила его спину, 
мысленно произнося заклинание:
– Спаси его и помилуй!..
Ельшин не заставил долго ждать себя. Медленно открылась толстая стальная дверь, 
ведущая от лифта, и оттуда вышел закованный в латы монстр! Таково было первое 
впечатление Василия. Затем он понял, что монстр с единственным горизонтальным 
глазом-щелью – внушенный образ, и открыл огонь из «никона», целясь прямо в глаз.

Ощущение-видение разбилось на два изображения происходящего. В одном пули 
отскакивали от серебряных лат одного монстра, смахивающего на льва и насекомого 
одновременно. В другом Ельшин, сосредоточенный на своих мыслях, просто 
отбивался от пуль рукой.
Не подействовал на него и «болевик». Лишь когда Василий нажал гашетку 
«дырокола», Ельшин-Монарх наконец обратил на него внимание и нанес ответный 
удар, превративший «сигару» электропоезда в смятый лист бумаги. Если бы не 
вмешательство Ульяны в момент нанесения удара, которая вступила в схватку на 
психофизическом уровне, Василия не спасла бы и его реакция.
Когда он выбрался из-под корпуса поезда на карниз перрона, Ельшин уже скрылся в 
проломе, направляясь к туннелю, ведущему в МИР арахнидов. Почему Монарх вышел 
один, без Лобанова, объяснялось просто: маршал «СС» был не нужен авеше Монарха, 
и он превратил Олега Кареновича, жаждавшего абсолютной власти, в «чертополох»,