или из зависти, пользоваться им.
После ее смерти прошло более ста лет. Проблема комплекса Франкенштейна 
существовала и тогда, но Сьюзен не удалось решить ее. Хотя, с другой стороны, 
она никогда и не пыталась сделать этого — не было особой необходимости. В ее 
время роботехника развивалась за счет исследований в космосе.
Самый факт успешного развития роботов сократил у человечества потребность в них 
и заставил Харримана, в его время…
Но обратилась бы Сьюзен Кэлвин за помощью к роботу? Несомненно, она бы…
И так он сидел до поздней ночи.
2
Максвелл Робертсон был главным держателем акций «Ю. С. Роботс» и в этом смысле 
контролировал фирму. Его наружность никак нельзя было назвать впечатляющей. 
Средних лет, низенький и плотный, он постоянно жевал правый угол нижней губы, 
когда был взволнован или раздражен.
За два десятилетия общения с правительственными чиновниками он научился 
обращаться с ними: был мягок, уступчив, улыбчив и всегда умел выиграть время. 
Но чем дальше, тем больших усилий это требовало от него, и в основном из-за 
Гуннара Эйзенмата. В системе Глобальной Экологической Охраны, за последнее 
столетие забравшей в свои руки власть, уступающую разве что власти Всемирного 
Правительства, Эйзенмат наиболее рьяно пробивался сквозь «серую зону» 
компромиссов к крайней неуступчивости. Он был первым и единственным 
неамериканцем по рождению среди Охранителей, и все сотрудники «Ю. С. Роботс» 
считали, что его враждебность возбуждает устаревшее название фирмы, хотя прямых 
доказательств тому вроде бы не было. Уже не впервые в этом году, а тем более 
при жизни нынешнего поколения, вставал вопрос о переименовании корпорации в 
«Уорлд Роботс», но Робертсон опять воспротивился. Компания была основана с 
помощью американского капитала, американских мозгов и американского труда, и 
хотя она давно уже по сути и по размаху операций превратилась в международную 
корпорацию, название фирмы будет свидетельствовать о ее происхождении — по 
крайней мере пока он, Робертсон, стоит у руля.
Эйзенмат был высоким человеком с грубо вылепленным печальным длинным лицом. На 
универсальном языке он разговаривал с заметным американским акцентом, хотя ни 
разу не бывал в Штатах до своего назначения на должность.
— Мне кажется, что все совершенно ясно, мистер Робертсон. Не вижу, в чем 
затруднение. Продукция вашей компании всегда сдавалась в аренду и никогда не 
подлежала продаже. Если взятая в аренду собственность фирмы на Луне больше не 
нужна, вы обязаны забрать ее и отправить в другое место.
— Конечно, Охранитель, но куда? Мы не можем привезти роботов на Землю без 
разрешения правительства, это противозаконно, а в разрешении нам отказано.
— Но ведь они вам здесь и не нужны. Отправьте их на Меркурий или на астероиды.
— И что мы будем там с ними делать?
— Изобретательные сотрудники вашей фирмы наверняка что-нибудь придумают.
— Это означает огромные убытки для компании, — покачал головой Робертсон.
— Боюсь, что так. — Судя по всему, Эйзенмата это ничуть не трогало. Насколько я 
понимаю, в последние годы финансовое положение компании вообще не блестяще.
— В основном из-за ограничений, навязанных правительством, Охранитель.
— Будьте реалистом, мистер Робертсон. Вы же знаете, как растет предубеждение 
общества против роботов.
— Ошибочное предубеждение.
— И тем не менее. Возможно, лучший выход — ликвидировать компанию. Это не более 
чем совет, конечно.
— Ваши советы стоят иных приказов, Охранитель. Должен ли я напомнить, что наши 
Машины сто лет назад помогли преодолеть экологический кризис?
— Уверен, что человечество благодарно им, но прошло уже столько лет… Теперь мы 
живем в согласии с природой, хотя и терпим из-за этого известные неудобства. А 
прошлое покрыто мраком.
— Вы хотите сказать, у фирмы в последнее время нет никаких заслуг перед 
обществом?
— Можно выразиться и так.
— Но вы же не считаете, что компания должна быть ликвидирована немедленно? Это 
будет настоящий крах. Нам нужно время.
— Сколько?
— Сколько вы можете дать?
— Это от меня не зависит.
— Мы здесь одни, — вкрадчиво проговорил Робертсон. — Не стоит играть в эти игры.
 Сколько времени вы мне можете дать?
Эйзенмат сделал вид, что усердно подсчитывает что-то про себя.
— Думаю, у вас в запасе около двух лет. Буду откровенным: Всемирное 
Правительство намеревается прибрать фирму к рукам и свернуть ее деятельность, 
если вы не сделаете этого сами. Или в общественном мнении не произойдет резкого 
поворота, в чем я лично сильно сомневаюсь.
— Значит, два года, — тихо промолвил Робертсон.
2а
Робертсон остался один. Думать ему было не о чем, и он предался воспоминаниям. 
Уже четыре поколения Робертсонов стояли во главе компании. Никто из них не был 
роботехником. Специалистами были Лэннинг и Богерт и конечно же, в первую 
очередь, Сьюзен Кэлвин, которая преобразила фирму, придав ей нынешний размах. 
Но четыре Робертсона, несомненно, создавали все условия, необходимые для работы.

Если бы не «Ю. С. Роботс», в двадцатом веке неминуемо разразилась бы непрерывно