делаете с Мозгом?
Сьюзен Кэлвин развела руками.
— Торопиться нельзя. Мозг стоит дороже, чем любая неустойка, какую нам придется 
заплатить.
— Но вы допрашиваете его уже два месяца.; Голос робопсихолога не изменился, и 
все-таки в нем прозвучала угроза:
Вы хотите заняться этим сами?
— Ну вы же знаете, что я хотел сказать.
— Да, пожалуй. — Доктор Кэлвин нервно потерла ладони. — Это нелегко. Я 
пробовала так и эдак, но еще ничего не добилась. У него ненормальные реакции. 
Он отвечает как-то странно. Но до сих пор мне не удалось установить ничего 
определенного. А ведь вы понимаете, что, пока мы не узнаем, в чем дело, мы 
должны действовать очень осторожно. Я не могу предвидеть, какой вопрос, какое 
замечание могут… подтолкнуть его за грань, и тогда… тогда мы останемся с 
совершенно бесполезным Мозгом. Вы хотите пойти на такой риск?
Но не может же он нарушить Первый Закон.
— Я и сама так думала, но…
— Вы и в этом не уверены? — Лэннинг был потрясен до глубины души.
— О, я ни в чем не уверена, Альфред…
Внезапно прозвучал громкий сигнал тревоги. Лэннинг судорожным движением включил 
связь и замер, услышав задыхающийся голос.
Потом Лэннинг произнес:
— Сьюзен… Вы слышали?.. Корабль взлетел. Полчаса назад я послал туда двух 
испытателей. Вам нужно еще раз поговорить с Мозгом.
Сьюзен Кэлвин заставила себя задать вопрос спокойным тоном:
— Мозг, что случилось с кораблем?
— С тем, что я построил, мисс Сьюзен? — весело переспросил Мозг.
— Да. Что с ним случилось?
— Ничего. Два человека, которые должны были его испытывать, вошли внутрь. Все 
было готово- ну, я и отправил их.
— А… Что ж, это хорошо. — Она дышала с трудом. — Ты думаешь, что с ними ничего 
не случится?
— Конечно, ничего, мисс Сьюзен. Я обо всем подумал. Это замечательный корабль.
— Да, Мозг, корабль замечательный, но как ты думаешь, у них хватит еды? Они не 
будут терпеть никаких неудобств?
— Еды хватит.
— Все это может на них сильно подействовать, Мозг. Понимаешь, это так 
неожиданно. Но Мозг возразил:
— Ничего с ними не случится. Им же должно быть интересно.
— Интересно? Почему?
— Просто интересно, — лукаво объяснил Мозг.
— Сьюзен, — лихорадочно шептал Лэннинг, — спросите его, связано ли это со 
смертью. Спросите, какая им может грозить опасность.
Лицо Сьюзен Кэлвин исказилось от гнева.
— Молчите!
Дрожащим голосом она обратилась к Мозгу:
Мы можем связаться с кораблем, не правда ли, Мозг?
— Ну, они вас услышат. По радио. Я это предусмотрел.
— Спасибо. Пока все
Как только они вышли, Лэннинг набросился на нее:
— Господи, Сьюзен, если об этом узнают, мы все пропали. Мы должны вернуть этих 
людей. Почему вы не спросили прямо, грозит ли им смерть?
— Потому что именно об этом я и не должна говорить, — устало ответила Кэлвин. — 
Если существует дилемма, то она связана со смертью. А если внезапно поставить 
Мозг перед дилеммой, он может не выдержать. И какую пользу это нам принесет? А 
теперь вспомните: он сказал, что можно с ними связаться. Давайте попробуем — 
узнаем, где они находятся, вернем их назад. Хотя они, наверное, не могут сами 
управлять кораблем: Мозг, вероятно, управляет им дистанционно. Пойдемте!
Прошло немало времени, пока Пауэлл наконец не взял себя в руки.
— Майк, — пробормотал он, еле шевеля похолодевшими руками, — ты чувствовал 
какое-нибудь ускорение?
Донован тупо посмотрел на него
— А? Нет… нет.
Потом он, стиснув кулаки, в неожиданном лихорадочном возбуждении вскочил с 
кресла и приник к холодному изогнутому стеклу. За ним ничего не было видно, 
кроме звезд.
Донован обернулся.
— Грег, они, наверное, включили двигатель, пока мы были внутри. Грег, тут 
что-то нечисто. Они с роботом подстроили так, чтобы заставить нас быть 
испытателями, на случай если мы вздумаем отказаться.
— Что ты болтаешь? — ответил Пауэлл. — Какой
толк посылать нас, если мы не умеем управлять кораблем? Как мы повернем его 
обратно? Нет, этот корабль взлетел сам, и без всякого заметного ускорения.
Он встал и медленно зашагал взад и вперед. Звук его шагов гулко отражался от 
стен. Он глухо произнес:
— Майк, это самое неприятное положение из всех, в какие мы попадали.
— Это для меня новость, — с горечью ответил Донован. — А я-то радовался и 
веселился, пока ты меня не просветил.
Пауэлл пропустил его слова мимо ушей.
— Ускорения не было! Значит, корабль работает по совершенно неизвестному