приготовиться.
Пожав друг другу руки, они разошлись: Кирби — направо, в костюмерную, Макэби — 
налево, в лабораторию трансплантации.
Полчаса спустя в лифте поднимались два странных пассажира. Первым был Зейн 
Кирби, в выцветших бурых бриджах, едва достигавших ботфортов с отвернутыми вниз 
голенищами. Он непринужденно упирался плечом о стену кабины. Его грудь 
прикрывала белая свободная рубаха, а голову украшал алый шелковый платок. С 
одной стороны, из-за широкого пояса торчала рукоятка кремневого пистолета, а с 
другой — болталась музейного вида абордажная сабля.
Вторым пассажиром был большой попугай, зеленый, с желтым отливом, и оранжевым 
клювом, который, нахохлившись, сидел на поручне. Кирби видел эту птицу впервые, 
но выражение ее глаз показалось ему весьма знакомым, и он не смог сдержать 
улыбку.
— Ни слова! — рявкнул попугай. — Ни звука! И на твоем месте я не стал бы 
улыбаться.
— Извини, Гас, — Кирби попытался придать лицу серьезное выражение. — Я невольно.

— Не вижу ничего смешного, — продолжал возмущаться Гас. — Интересно, как бы ты 
отреагировал, доведись тебе доверить собственное тело птичьему мозгу, а самому 
питаться семечками да пшеничными зернами.
— В самом деле, я не сообразил сразу, что твой мозг загнали в попугая, а его — 
в твое тело.
— Хорошенький обмен. Надеюсь, он не вздумает полетать.
На двадцать третьем этаже двери распахнулись, и Кирби вышел из кабины. Попугай 
неуклюже взлетел с поручня и опустился ему на плечо. Навстречу шла Анжела 
Дивейн. Она приветствовала их взмахом руки.
— Здорово, Зейн! Как дела. Гас?
— Видишь! — воскликнул Макэби. — Даже она знает, что в нечеловеческом обличье 
могу оказаться только я.
— Успокойся, — Кирби попытался сменить тему. — Честно говоря, меня поражают 
достижения наших биологов. Как им удается всунуть человеческий мозг в такой 
маленький череп?
— Ха! — хмыкнула Анжела, отбросив прядь золотистых волос. — Держу пари, там еще 
осталось много свободного места.
— Лежачего не бьют, — обиделся Гас, но двери лифта уже захлопнулись за ней.
Они вошли в приемную командора Хыосфорда Шеффилда, и робот-секретарь провел их 
в кабинет.
— А, агенты Кирби и Макэби. — Высокий, бородатый, начавший полнеть командор 
поднялся из-за стола. Он подождал, пока робот-секретарь покинул кабинет. — 
Полагаю, вас интересует, что мы приготовили вам на этот раз. Я…
— Подождите, — прервал его Гас с плеча своего напарника. — Я догадался: вы 
решили послать нас в Голливуд на съемку фильма о капитане Флинте.
Шеффилд нахмурился.
— Оставьте ваши шуточки, агент Макэби. Вам предстоит выполнить весьма 
ответственное поручение?
— Так пошлите меня без этих перышек!
— Мы это уже проходили. — Шеффилд нетерпеливо махнул рукой. — Как вам хорошо 
известно, люди прошлого не подозревают, что животные могут обладать 
человеческим разумом. Поэтому в образе попугая вы приобретаете определенные 
преимущества, которые позволят наиболее эффективно использовать ваши 
способности. Ваш послужной список доказывает справедливость моих слов.
— Провались вы вместе со своим списком, — пробурчал попугай.
— Простите?..
— Я сказал, что мы внимательно слушаем.
— Да, конечно, — кивнул Шеффилд. — Как уже случалось и прежде, ваше задание 
будет связано с контрабандой во времени. Но на этот раз она может повлечь за 
собой серьезные исторические изменения.
— И что это за контрабанда? — поинтересовался Кирби.
— Из армейских арсеналов Соединенных Штатов тысяча девятьсот семидесятого года 
исчезло значительное количество оружия и боеприпасов. И то и другое наша 
разведка обнаружила на острове Нью-Провиденс в тысяча семьсот пятнадцатом году.
— В это трудно поверить, — удивился Кирби. — Передвинуть такую массу сквозь 
пространство-время! Неужели наши детекторы не засекли машину времени 
преступников?
— Не засекли, — хмуро кивнул Шеффилд. — Возмущения от новых японских моделей 
минимальны. А чувствительность наших детекторов оставляет желать много лучшего.
— И не только детекторов, — пробормотал Гас.
— Вероятно, в тысяча семьсот пятнадцатом году это оружие произведет фурор, — 
быстро вмешался Кирби. — Какому государству оно предназначено?
— Оно предназначено не государству, — ответил Шеффилд. — Как мы понимаем, 
преступник, доставивший оружие в восемнадцатый век, намерен продать его пиратам 
за золотые дублоны и прочие ценности с испанских галионов, захваченных 
посредством этого оружия. Они сейчас в большой цене. Разумеется, пираты, 
оснащенные оружием, появившимся на двести лет позже, предельно опасны. Создав 
свое государство, они изменят соотношение сил в мире. Наши компьютеры сожгли 
добрую сотню предохранителей, пытаясь рассчитать возможные исторические 
последствия.
— Личность преступника вам известна? — осведомился Гас.
— Да, конечно. — Шеффилд нажал кнопку на небольшом пульте и, не оборачиваясь, 
указал рукой на возникший на стене за его спиной портрет президента. — Вот он,