| |
ад. Если она хочет, чтобы мне было хорошо - прежде всего она должна понять и
принять - что
именно мне хорошо, а поскольку ее желания идут вразрез с тем, что для меня
хорошо по моему
мнению, то имеет место именно фраза про благие намерения, ведущие в ад.
5. она переживает мои достижения и мои неудачи точно так же, как это делает
любая другая
мать. Если бы она была просветленной, она бы радовалась моим страданиям, потому
что
осознавала бы, что именно страдания приводят к освобождению. Но ей очень
хочется, чтобы у
меня не было этих страданий, она хочет повсюду положить для меня мягкие подушки,
на которые
мне было бы не больно падать. Зачем она это делает? Неужели исходя из реального
видения
того, что действительно может помочь мне? Мне кажется, что несмотря на то, что
она слепо
верит в то, что желает мне добра, ее истинным желанием является избавиться от
своих
страданий за счет изменения моего поведения. Она не хочет страдать, она хочет
жить в
спокойствии. И ее спокойствие очень сильно завязано на благополучие ЕЕ ребенка.
Если бы я
удачно вышла замуж, начала бы делать карьеру и интересоваться всей той мутью,
которой
занимается все человечество, ее материнское сердце было бы спокойно, в то время
как на ее
глазах произошла бы настоящая смерть. Но это было бы ей понятно, это бы
уложилось в ее
представления о том, как можно жить спокойно и безопасно. Что такое
"искренне"??? Убийца
искренне хочет убить, вор искренне хочет украсть, и что?
6. я конечно могу пойти на уступки и постараться сделать так, чтобы ей не
было очень больно.
Но это будет ложью по отношению к ней, и это лишит ее того опыта, который хочет
предоставить
ей жизнь. Моя искренность говорит мне о том, что мы общаемся только потому, что
25 лет жили
вместе и связаны друг с другом как мать и дочь. На данный момент мне не о чем с
ней говорить,
мне нечего ей сказать. Та жизнь, которой она живет и которая ей интересна, ее
вполне
устраивает. И она ничего не хочет в ней менять. Но для меня такая жизнь
неприемлема, и у нас
нет НИКАКИХ общих интересов. Нас держит вместе только ПРИВЯЗАННОСТЬ, которую
она
называет материнской любовью. Поэтому я должна быть честна с ней, и только так
я смогу что-то
сделать для нее, потому что я пытаюсь избавить ее от опыта страданий, который
сможет
продвинуть ее на пути к каким-то осознаниям. Тем, что я пойду на уступки, я
только причиню ей
вред. Это будет ложью, и это лишит не только ее, но и МЕНЯ того опыта, к
которому я стремлюсь.
Если же я пытаюсь против ее воли, вопреки ее реальным поступкам сделать что-то,
что избавит
ее от страданий, то я такая же дура набитая, как и она, и делаю то же самое в
отношении нее,
против чего восстаю, когда она это делает в отношении меня.
7. я принимаю свои решения, исходя из своей искренности, потому что я не
могу жить так, как
жила. И я меняю свою жизнь. Я могу попытаться объяснить ей, почему я так
поступаю, но это не
может длиться бесконечно. К тому же она не пытается меня понять, она пытается
избавиться от
страданий, а мои решения как раз приносят ей страдания, бороться с которыми она
не хочет.
Поэтому я должна принять решение и следовать ему несмотря на то, что соблазн
попытаться
таки ей объяснить велик - я боюсь причинять ей страдания, потому что боюсь, что
могу не
справиться в этом случае со своими страданиями. Таким образом, мое желание все
ей объяснить
произрастает не из сострадания к ней, а из желания уйти от страданий, уйти от
усилий по
устранению страданий. Ее страдание вызвано не моими поступками, а ее
интерпретацией моих
поступков. Пусть перестанет их интерпретировать, или изменит свои интерпретации,
и ее
страдания исчезнут. А поскольку она ни того, ни другого не делает, то это
|
|
