участников. Исполнение ритуала обладает чертами драматического действия и 
подразумевает проигрывание в лицах представлений о своей культуре и мире в 
целом, разделяемых определенными группами людей.
    Эмиль Дюркгейм подразделял ритуалы на две категории: положительные и 
отрицательные, или сакральные (sacred) и мирские (profane). Положительные 
ритуалы сводят участников вместе и таким способом, к-рый поддерживает их соц. 
отношения и позволяет делать разного рода приношения (offerings), включая акты 
дарения и приветствия. Отрицательные ритуалы (или ритуалы избежания) защищают 
одних людей и их собственность от посягательств других. Их часто именуют 
термином «табу». По мнению мн. наблюдателей, в совр. зап. об-вах на смену 
сакральным ритуалам пришли межличностные ритуалы.
    Ритуалы могут исполняться по магическим, мистическим или религиозным 
соображениям, чтобы обрести контроль над происходящим или маркировать 
неконтролируемые, частые события в естественном мире, нарушения нравственных 
норм группы или экзистенциальные факты рождения и смерти и, наконец, переходы 
на жизненном пути. В отличие от соц. отношений, не доступных непосредственному 
изучению, взаимодействия между отдельными людьми могут изучаться, и в 
зависимости от того, насколько эти взаимодействия ритуализированы и стилизованы,
 ритуал становится важнейшим средством для изучения соц. отношений.
   Выводы. Значение ритуала в повседневной жизни можно подытожить в следующих 
трех утверждениях: а) то, что по мнению группы вызывает проблему, будет 
вызывать усилия по превращению этих проблематичных объектов, действий и событий 
в предсказуемые и рутинные. Представляется необходимым, чтобы в отношении них 
были предприняты организованные действия; б) группы и взаимоотношения 
обнаруживают признаки постоянно ведущейся борьбы в отношении того, что яв-ся 
проблематичным, рутинным и предсказуемым; в) в основе организованной групповой 
жизни лежит сложная сеть ритуалов — межличностных, положительных, отрицательных,
 сакральных и мирских, — о к-рых ставят в известность новых членов и к-рые, 
после своего освоения и успешного воспроизводства, становятся систематическим 
способами превращения повседневной групповой жизни в предсказуемую, обычную и 
само собой разумеющуюся. Понимание повседневных, само собой разумеющихся черт 
групповой жизни требует систематического изучения ритуала. Понимание связи 
людей друг с другом и с об-вом в целом также требует изучения ритуала. Ритуалы 
находятся на пересечении границ между конкретными людьми и об-вом и требуют 
всестороннего изучения силами соц. антропологи, социологии, соц. психологии, 
религии и философии.
    См. также Кросс-культурная психология, Символическая интеракция
    Н. К. Дензин
    
   Родители-одиночки (single parenthood)
    
    Число семей с одним родителем (матерью), увеличилось в США с 1960 г. по 
1978 г. на 131%. Это привело к тому, что каждый пятый ребенок яв-ся членом 
неполной семьи. Файнер указывает на то, что неполные семьи сталкиваются с 
такими проблемами, как соц. изоляция и одиночество, финансовые трудности и 
давление на детей в отношении исполнения ими домашних обязанностей, превышающих 
реальный уровень их возможностей.
   Влияние на детей. Обзор литературы показывает, что для детей из неполных 
семьей характерна тенденция к недостаточной степени социализации, присутствию 
когнитивного дефицита и обеднению опыта взаимодействий с родителем. Хетерингтон 
и ее коллеги тж обнаружили, что в течение первого года после развода родителей 
дети становятся более агрессивными, конфликтными, мнительными и требовательными 
в сравнении с детьми из полных семей. В ряде др. исслед. получены сходные 
результаты.
    Кроссман и Адамс описали две социально-психологические теории, к-рые могут 
использоваться для объяснения негативных последствий развода в отношении детей. 
В соответствии с теорией кризиса (crisis theory), развод является нежелательным 
и стрессовым событием, к-рое может приводить к нежелательным последствиям для 
членов семьи.
    Согласно теории Зайонца, родители-одиночки имеют тенденцию уделять меньше 
времени своим детям из-за необходимости выполнения дополнительных ролей. В 
результате страдает соц. и когнитивное развитие детей, поскольку у последних 
практически не остается времени на общение со своим родителем.
   Влияние на родителя. Наиболее распространенной первоначальной реакцией 
родителя на необходимость в одиночку растить детей яв-ся депрессия. Такой 
родитель часто ощущает себя жертвой, испытывает чувство обиды и одиночества. 
Родители-одиночки обеспокоены неопределенностью своего будущего заработка, 
ухудшением условий проживания и ощущением собственной неприспособленности. 
Другие эмоциональные реакции, характерные для родителей-одиночек, включают 
переживание чувства вины за неудавшийся брак, отчаяние, страх, тревогу, 
замешательство и, в некоторых случаях, облегчение. Выполнение роли 
единственного родителя может также приводить к увеличению нагрузки на его 
личные ресурсы: время, энергию, эмоции и работоспособность.
    См. также Отношения «родитель—ребенок»
    М. Нистал
    
   Родительская пермиссивность (parental permissiveness)
    
    Р. п. яв-ся одновременно реализацией и рациональным обоснованием своей 
родительской роли чел., к-рый разрешает, оправдывает, поощряет и терпимо