В эксперим. анализе поведения признаются две процедуры, при помощи к-рых 
может вызываться изменение поведения: респондентное обусловливание и оперантное 
обусловливание. При респондентном обусловливании (respondent conditioning) — 
чаще называемым в иных теорет. контекстах классическим или павловским 
обусловливанием — за индифферентным раздражителем регулярно следует другой 
раздражитель, который уже вызывает реакцию. В результате такой 
последовательности событий, первый, ранее неэффективный, раздражитель начинает 
продуцировать реакцию, к-рая может иметь сильное сходство с реакцией, 
вызываемой вторым раздражителем. Хотя респондентное обусловливание играет 
важную роль в научении, в особенности эмоциональным реакциям, научение большей 
частью связано с оперантным обусловливанием.
    При оперантном обусловливании (operant conditioning) за реакцией следует 
определенное подкрепление (reinforcer). Реакция, от к-рой зависит (точнее, 
находится в условной зависимости) это подкрепление, называется оперантом 
(operant), поскольку она воздействует (operates) на окружение, чтобы вызвать 
данное подкрепление. Считается, что оперантное обусловливание играет более 
важную роль в челов. поведении, поскольку, путем постепенного видоизменения 
реакции, с к-рой связано условной зависимостью подкрепление, можно вырабатывать 
новые и более сложные операнты. Этот процесс называется формированием операнта 
(shaping operant).
    В эксперим. анализе поведения, разработанном Б. Ф. Скиннером, подкрепление 
— это просто раздражитель, к-рый при включении в систему связей, определяемых 
применением респондентной или оперантной процедур, увеличивает вероятность 
формируемого поведения в последующем.
    Скиннер изучил значение подкрепления для челов. поведения гораздо более 
систематическим образом, чем любой др. теоретик. В своем анализе он попытался 
избежать введения к.-л. новых процессов, недоступных наблюдению в условиях 
лабораторных экспериментов по научению животных. Его объяснение сложного 
поведения опиралось на допущение о том, что зачастую недоступное полному 
наблюдению и утонченное поведение людей подчиняется тем же самым принципам, что 
и полностью наблюдаемые формы поведения.
   Теории промежуточных переменных
    Под давлением отмеченных выше трех проблем — памяти, мотивации и познания, 
большинство создателей Т. н. дополнили скиннеровский эксперим. анализ средовых 
и поведенческих переменных промежуточными переменными. Промежуточные переменные 
яв-ся теорет. конструктами, значение к-рых определяется через их связи с 
разнообразными средовыми переменными, чьи общие эффекты они призваны 
суммировать.
   Теория ожидания Толмена. Торндайк, под влиянием предпосылки Дарвина о 
непрерывности эволюции биолог. видов, начал переход к менее менталистской 
психологии. Джон Б. Уотсон завершил его полным отказом от менталистских понятий.
 Действуя в русле нового мышления, Толмен заменил прежние умозрительные 
менталистские понятия логически определяемыми промежуточными переменными.
    Что касается предмета нашего обсуждения (подкрепления), здесь Толмен не 
последовал примеру Торндайка. Торндайк рассматривал последствия реагирования 
как имеющие чрезвычайное значение для усиления ассоциативной связи между 
стимулом и реакцией. Он называл это законом эффекта (law of effect), явившегося 
предтечей совр. теории подкрепления. Толмен полагал, что последствия реакции 
оказывают воздействия не на научение как таковое, а лишь на внешнее выражение 
лежащих в основе научения процессов. Потребность в разграничении научения и 
исполнения возникла в ходе попыток дать интерпретацию результатов экспериментов 
по латентному научению. По мере развития теории, название введенной Толменом 
промежуточной переменной, отражающей научение, неоднократно менялось, но 
наиболее подходящим названием, вероятно, могло бы быть ожидание (expectancy). 
Ожидание зависело исключительно от временной последовательности — или смежности 
— событий в окружающей среде, а не от последствий реагирования.
   Физиологическая теория Павлова. Для Павлова, как и для Толмена, необходимым 
и достаточным условием научения являлась смежность событий. Эти события 
физиолог. представлены процессами, протекающими в тех областях коры головного 
мозга, к-рые активируются индифферентным и безусловным раздражителями. 
Эволюционные последствия выученной реакции Павловым признавались, но не 
проверялись в эксперим. условиях, поэтому их роль в научении осталась 
невыясненной.
   Молекулярная теория Газри. Подобно Толмену и Павлову, и в отличие от 
Торндайка, Эдвин Р. Газри считал смежность достаточным условием для научения. 
Однако, совпадающие во времени события не определялась столь широкими (т. е., 
молярными) событиями в среде, как утверждал Толмен. Каждое молярное средовое 
событие, по мнению Газри, состоит из множества молекулярных стимульных 
элементов, к-рые он называл сигналами. Каждое молярное поведение, к-рое Газри 
называл «действием», в свою очередь состоит из множества молекулярных реакций, 
или «движений». Если сигнал сочетается по времени с движением, это движение 
становится полностью обусловленным этим сигналом. Научение поведенческому 
действию развивается медленно лишь потому, что большинство действий требует 
научения многим составляющим их движениям в присутствии многих специфических 
сигналов.
   Теория редукции драйва Халла. Использование промежуточных переменных в 
теории научения достигло своего наиболее широкого развития в работах Кларка Л. 
Халла. Халл осуществил попытку разработать общую интерпретацию поведенческих 
изменений, возникающих в результате обеих, классической и оперантной, процедур. 
Как сопряженность стимула и реакции, так и редукция драйва вошли в качестве