подвенечное платье из Парижа. Фата (вуаль) - длинная и широкая. Головной убор - 
венок из цветов померанца и миртовых веток. Обувал невесту "свадебный отрок" - 
младший брат или другой родственник. Он же подавал ей на свадебном подносе фату 
и перчатки, провожал до свадебной кареты и нес шлейф. В купеческой среде в 
обычае было в туфельку класть золотой. У дворян существовал обычай передавать в 
этот день с глазу на глаз семейный талисман - фамильное украшение или ладанку. 
Жених военный облачался в парадный мундир, штатский - в черную фрачную пару с 
белым галстуком и белыми перчатками.
Широкое распространение у горожан имел обряд "о пяти приборах". Он совершался 
отдельно в доме жениха и в доме невесты. Примерно за час до отъезда к венцу 
накрывался стол на пять человек: для жениха (невесты), его (ее) матери и отца, 
а также свахи, шафера (дружки). Родители благословляли иконой жениха (невесту), 
все обходили вокруг стола, после чего приступали к легкой закуске. Если учесть, 
что жениху и невесте, по обычаю, за свадебным столом предписывалось воздержание,
 то становится ясна рациональная бытовая функция этого обряда.
Время венчания назначалось от полудня до 5 часов вечера, если предполагался 
праздничный обед, и от 7-9 часов вечера, если такового не было.
Для венчания выбирался чаще всего храм в приходе жениха или невесты, но не 
обязательно. У разных слоев населения были популярны свои церкви. Так, в кругах 
московской интеллигенции особым почетом пользовались две "исторические" церкви 
- Симеона Столпника на Поварской (угол нового Арбата), а также церковь 
Вознесения Господня в Сторожах (Большая Никитская ул., 36), в притворе которой 
в период ее строительства обвенчался Пушкин с Натальей Гончаровой. 
Петербургские дворяне стремились венчаться в церкви Зимнего Дворца - месте 
заключения браков членов императорской фамилии.
В день свадьбы важно было не забыть ни одной мелочи, в противном случае мог 
произойти конфуз, что считалось дурным предзнаменованием. Пушкин, отправляясь в 
церковь перед женитьбой, неожиданно обнаружил у себя отсутствие необходимого по 
обряду фрака и, по воспоминаниям Нащокина, надел его фрак, который в дальнейшем 
полагал для себя счастливым (по трагическому стечению обстоятельств, именно в 
этом фраке поэта похоронили).
В мемуарах Екатерины II описан случай со свадьбой камергера Нарышкина с 
Румянцевой зимой 1749 г. Конюхи не подковали лошадей специальными зимними 
подковами с шипами, из-за чего лошади процессии постоянно падали и никак не 
могли добраться до церкви.
По традиции, в церковь жених и невеста приезжали порознь. Жених приезжал раньше 
и ждал с шаферами невесту у входа. Шаферами были обычно холостые мужчины (по 
примете, нельзя быть шафером более десяти раз). Шаферы держали во время 
венчания над четой венцы, управляли всеми ритуалами, рассаживали гостей по 
экипажам, вели свадебное застолье, заботились о цветах и записывали в книжку 
фамилии кавалеров, желающих танцевать на балу с невестой; книжку эту отдавали 
невесте перед началом бала.
Получив известие о прибытии жениха в церковь, невеста усаживалась в экипаж 
вместе со свахой, девушками-провожатками и мальчиком-светчим, которому 
назначено нести перед новобрачными свечу, когда они трижды обходят аналой. В 
купеческой среде для жениха и невесты было принято стелить под ноги ковровую 
дорожку от свадебного поезда до аналоя. По приезде в церковь невеста 
становилась по левую руку от жениха и освобождала правую руку от перчатки, то 
же проделывал и жених. Священник отводил их на венчальное место. Родственники и 
знакомые со стороны жениха становились справа.

ВЕНЧАНИЕ

Венчание у славян в дохристианский период проводилось обычно либо весной, либо 
осенью на лоне природы. Жених с невестой в сопровождении молодежи шли на луг 
или лесную поляну. Там на них надевали пышные венки из цветов, водили хороводы 
вокруг украшенной лентами березы, пели обрядовые песни и устраивали веселые 
игры.
Сам обряд бракосочетания состоял в том, что жениха и невесту водили вокруг дуба,
 ели или раскидистого куста, о чем и говорит сохранившаяся до наших дней 
поговорка:
"Обручается, вокруг ракитового куста венчается". (Сопряжено это "вождение" было,
 вероятно, с тем, что боги и добрые духи, покровительству которых вручали 
молодых, обитали, по понятиям древних славян, в деревьях и травах.) Злых духов 
отгоняли от жениха и невесты шумом, водой, огнем и дымом.
В доме невесты родители с почетом встречали жениха и его свиту, жениха 
усаживали рядом с невестой, одетой в свадебный наряд. Подружки гребнем 
расчесывали ей волосы и вплетали венчик из цветов (позднее - тонкую золотистую 
или серебряную нить). Затем голову невесты покрывали фатой (прозрачной тканью), 
осыпали хмелем и раздавали поезжанам нарядные, богато украшенные вышивками 
полотенца (по В. Далю - поезд, еще и торжественная, обрядливая езда или проезд, 
процессия. "Свадебный поезд вообще всех поезжан, поезжаных, поезжатых или 
поезжих, должностных лиц и званых гостей свадьбы, с молодыми, как едут они в 
церковь и из церкви". Поговорка: В поезжанах был, так свой /т. е. родня/). 
Девушки пели свадебные песни. Эта часть обряда называлась одеванием невесты.
С приходом христианства народное венчание было заменено церковным -церемонией 
заключения брака по обряду Православной Церкви. Очень долго этот обычай 
соблюдался только среди высших слоев общества, распространившись среди всего 
населения лишь к концу XVII в. Со времен Петра I до марта 1917г. для всех 
православных жителей Российской империи считался действительным лишь брак,