система работы  актёра,  созданная  К.  С.  Станиславским.  Сов.  актёры
связывают  своё  творчество  с  системой  Станиславского,  с  реалистич.
процессом создания сценич. образа, но освоение ими единого творч. метода
не означает нивелировки, од' нообразия. И. а. сов. т-ра  характеризуется
разнообразными стилевыми направлениями, индивидуальными творч. манерами.
В 30-е гг.  достигает  расцвета  аналитически  углублённое,  политически
страстное, строгое по форме иск-во Н. П. Хмелёва,  глубочайшее  в  своей
сути, совершенное по мастерству и простоте / творчество  Б.  В.  Щукина.
Философское  осмысление  образа  и  смелые   поиски   отточенной   формы
характеризуют иск-во С. М. Михоэлса, яркая театральность, проникновенный
лиризм и тонкая ирония - иск-во Р. Н. Симонова. Глубочайшая  психологич.
насыщенность и высокое  мастерство  перевоплощения,  чарующая  простота,
сердечность А. М. Бучмы, романтич.  образы  А.  А.  Хоравы,  яркий  нац.
колорит, игры В. Н. Рыжовой, Асмик, комедийная стихия, всегда конкретная
в социальном и бытовом содержании, пронизывающая сценич.  образы  М.  М.
Климова, Г. П. Юры, А. А. Ва-садзе, А.  М.  Аветисяна,  Г.  Н.  Глебова,
тонкость манеры Д. В, Зеркаловой, лирически взволнованные образы  В.  И.
Анджапаридзе, острая характерность, исходящая из сути образа,  и  тонкая
интеллектуальность, присущие Н. К. Черкасову, Р. В. Плятту, В.  Б.  Вага
ршяну, мощный темперамент, яркая эмоциональность, героич. устремлённость
творчества Г. Нерсе-сяна, Ш. Бурханова, А. Кульмамедова, М. Касы-мова  -
всё это даёт представление о неисчерпаемом богатстве И. а. сов. т-ра.
   Творчество актёров сов. т-ра приобретает  в  30-е  гг.  новые  грани,
новую глубину; так, в иск-ве А. Г. Коо-нен,  изощрённость,  пластическая
отточенность  сочетается  с   психологич.   конкретностью,   абстрактная
эмоциональность, характеризующая игру  актрисы  в  20-е  гг.,  сменяется
социальной насыщенностью (Комиссар из "Оптимистической  трагедии",  Эмма
Бовари- о. п., по Флоберу). Новым содержанием наполняется творчество  М.
М. Штрауха,  И.  В.  Ильинского,  С.  Г.  Бирман;  эксцентризм,  острота
внешнего рисунка  всё  больше  и  убедительнее  обращается  актёрами  на
раскрытие сущности образа, его социального и псп-хологич. содержания.
   Осмысляя образы прошлого с высоты достижений настоящего, сов.  актёры
создали в 30-х гг. блестящую плеяду горьковских образов,  в  к-рых  было
достигнуто    единство    социального    обобщения     и     психологич.
индивидуализации: Щукин - Егор Булычев, Качалов - Захар Бардин, Хмелёв -
Николай  Скро-ботов,  Тарасова  -  Татьяна  ("Враги"  -  МХАТ),  Бирман,
Раневская -  Васса  Железнова,  Бучма,  Владо-мирский-  Иван  Коломийцев
("Последние"), Зубов- Цыганов ("Варвары"), Гайдебуров-Старик (о. п.).
   Гуманизм, активность общественной позиции сов. актёров  определили  и
их работу над образами  рус.  и  мировой  классики.  Сов.  актёры  точно
воплощали   авторский   замысел,    особенности    стиля    драматургич.
произведения,  добивались  философской   обобщённости   и   конкретности
образов, завоёвывали зрителя глу' биной переживаний. В образах  классич.
драматургии сов.  актёры  выражали  совр.  отношение  к  жизни.  Понимая
общественный, историч. смысл событий прошлого, актёры определяли мотивы,
к-рые формировали развитие  характеров  действующих  лиц,  судили  их  с
высоких общественных, гражданственных позиций, достигая в  то  же  время
большой психологич. глубины:  Хмелёв  и  Тарасова  в  "Анне  Карениной",
Качалов в "Воскресении", Добржанская в "Укрощении строптивой", Климов  в
"Растеряевой улице" (по Г. Успенскому), Бабанова и Астангов в  "Ромео  и
Джульетте", Остужев в "Отелло" и "Ури-еле Акосте", Вагаршян в "Гамлете",
Хорава, Васадзе, Хидоятов и Кульмамедов в "Отелло".
   В 30-е гг. неизмеримо поднялся общий уровень И. а. многонационального
сов. т-ра. Творчество актёров всех народов СССР развивалось в единстве с
иск-вом рус. актёров,  органически  воспринимало  лучшие  традиции  рус.
реалистич.  школы.  А.  Хидоятов,  С.   Ишантураева   (Узб.   ССР),   К.
Куаныш-паев, С. Кожамкулов (Казах.  ССР),  А.  Хорава,  А.  Васадзе,  В.
Анджапаридзе (Груз. ССР), А.  Кульмамедов  (Туркм.  ССР),  X.  Абжалилов
(Тат. АССР), А. Бучма, Н. Ужвий, М. Крушельницкий, Ю. Шумский (УССР); Г.
П. Глебов (БССР) сочетали в своём творчестве опыт рус. реалистич. т-ра с
нац. традициями.
   В годы Отечественной войны сценич. творчество  становится  ещё  более
политически активным, злободневно-публицистическим. Сов. актёры, отдавая
все творч. силы на борьбу с врагом, несли своё иск-во  бойцам,  выступая
на фронтах в  составе  многочисленных  бригад,  во  фронтовых  т-рах.  В
сценич. образах,  созданных  в  эти  годы,  сов.  актёры  отражали  рус.
характер в его основных, определяющих чертах, раскрывали волю  народа  к
победе и уверенность в  ней  (Д.  Орлов  -  Глоба,  "Русские  люди",  М.
Астангов - Фёдор Таланов, "Нашествие"). Создавая героич. образы,  актёры
обращались и  к  острому,  памфлетному  рисунку,  изобличая  реакционную
сущность фашизма, а также косные пережитки прошлого в  нашей  жизни  (А.
Дикий - Горлов).
   Патриотич.  героич.  тема  раскрывалась   актёрами   и   в   классич.
спектаклях,  в  постановках  пьес  Шекспира  у  Островского;   трактовки
классич. образов органически  сливались  с  героико-романтич.  звучанием
образов современников.
   В военные и послевоенные годы в И. а. прочно  входит  историч.  тема.
Сов.  актёры  подчёркивали  патрио-тич.  устремлённость  гос.   деятелей
отечественной  истории,  но  образы  выдающихся  людей  прошлого   часто
приобретали внешнюю  монументальность,  ложную  репрезентативность.  Эта