пользуясь своим монопольным положением.
   Конечно, общинные и артельные формы народной хозяйственной и общественной 
жизни были свойственны не только русскому народу, вместе с тем они имели 
своеобразный, присущий только ему характер. Справедливо отмечал проф. Штер: 
"Общечеловеческое стремление к ассоциации ведет русского крестьянина 
преимущественно к определенной, особенной, не встречающейся более ни у какого 
другого культурного народа форме и роду союза".
   В отличие от других народов, отмечал исследователь русской артели М. 
Слобожанин, русский народ неизмеримо дольше удерживает артельные формы, 
обращаясь к ним на всем протяжении времен от догосударственного быта и до наших 

дней. И это не потому, что он отстал в культурном и экономическом отношении от 
других народов. Артель не признает отсталости. Есть отсталые в социально-
экономическом отношении народы, которые веками уже не пользуются артельными 
формами жизни и не возвращаются к ним. Многие европейские народы, находясь 50-
100 лет тому назад приблизительно на той же ступени общественного развития, на 
которой находится русский народ в настоящее время, тоже не пользовались тогда 
артелями в своей жизни, как не пользуются и теперь, давно и прочно позабыв о 
них. Русский же народ удерживает их неизменно, несмотря на все происходящие 
перемены и в государстве, и в хозяйственном строе, и обращается к ним во все 
времена. Этот факт устанавливает несомненную склонность к артелям русского 
народа и побуждает признать за ними значение одного из устоев народной жизни. 
Соображения, высказанные Слобожаниным в отношении артели, в равной степени 
справедливы и для русской общины. Обе эти формы народной жизни составляли 
фундамент российской экономики и государственности, обеспечивая им стабильность 

и устойчивость. Разрушение этих форм означало подрыв всего общественного 
устройства России.
   Навыки общинных и артельных форм труда обеспечили русским людям приоритет 
самых передовых форм рабочего самоуправления. Исторические факты 
свидетельствуют, что рабочее самоуправление на предприятиях впервые в мире 
отмечено в России. Одно из известных, но не самых древних свидетельств 
относится 
к 1803, когда на Красносельской бумажной фабрике близ Петербурга рабочие 
заключили с владельцем договор, по которому фабрика в течение долгого срока 
находилась в управлении самих рабочих.
   Всего их было 181 человек. Для руководства работ они выбирали из своей среды 

мастера, сами определяли продолжительность рабочего дня, порядок работы, 
распределение заработка.
   Рабочие были обязаны выделывать из получаемого сырья бумагу установленного 
качества, которое контролировалось владельцем. Кроме того, рабочие производили 
за своей счет ремонт фабричных зданий и машин, "кроме знатных в машинах 
перемен", за это они получали шестую часть стоимости всей произведенной (и 
проданной) продукции.
   Владелец не вмешивался в производственный процесс, но со своей стороны был 
обязан бесперебойно снабжать рабочих сырьем и дровами. Простой в работах из-за 
отсутствия сырья компенсировался рабочим за его счет.
   Так фабрика просуществовала около 10 лет. Однако сменился владелец. И новому 

фабриканту - помещице Полторацкой - рабочее самоуправление не пришлось по душе. 

Она стала всячески притеснять рабочих. В ответ они подали жалобу царю с 
просьбой 
взять фабрику в казну, а им разрешить по-прежнему самостоятельно управлять 
фабрикой. Однако правительственные чиновники, ориентированные на Запад, 
отказали 
рабочим. 
   О. Платонов
   
   РАДИМИЧИ, древнерусское племенное объединение последних веков 1-го тыс. н. э.
 
Земли радимичей лежали в восточной части Верхнего Поднепровья, по Сожу и его 
притокам. В летописи о радимичах сказано: "радимичи же и вятичи от ляхов", что 
обычно рассматривалось как указание на их родственные связи с западными 
славянами. Но это не подтверждается археологическими данными. О радимичах 
летопись сохранила очень мало сведений. В сер. IX в. они платили дань хазарам. 
В 
885 радимичи были присоединены кн. Олегом к Киевскому государству; позднее они 
упоминаются в составе войск Олега, ходивших в 907 на Царьград. Окончательно 
радимичи потеряли политическую самостоятельность в 984, когда их войско было 
разбито на р. Пищане воеводой кн. Владимира Волчьим Хвостом. Впоследствии 
территория радимичей вошла в границы Черниговского и отчасти Смоленского 
княжеств. В последний раз имя радимичей упоминается в летописи под 1169. Земля 
радимичей удобными речными путями была связана с центральными областями 
Киевского государства. Судя по археологическим данным, по уровню экономического,
 
социального и культурного развития радимичи не отличались от своих соседей. В 
XI-XII вв. на их земле известны города: Гомий (Гомель) и Чичерск на Соже, Вщиж 
на Десне, Воробьин, Ропейск, Стародуб и др. Археологические памятники радимичей