Успенском 
соборе, в присутствии Царя, придававшего своим величием внушительность и 
торжественность церковным обрядам, в общем сходным с настоящими. У дверей 
собора 
приставлены были стрелецкие подполковники, которые обязаны были следить за тем, 

чтобы в собор проникали только те, кто был одет в золотые кафтаны. После 
хвалитных стихир государь прикладывался к образам, подносимым ему духовенством, 

и творил целование во уста со старшими, а младших жаловал к руке и оделял 
красными или золочеными яичками либо куриными и гусиными, либо деревянными, 
точеными, расписанными по золоту яркими красками с изображением цветов, птиц и 
зверей. Затем к целованию царской руки подходили бояре по чинам, сначала 
старшие. После утрени государь шел в Архангельский собор "христосоваться с 
родителями", т.е. поклониться их праху. В придворном Благовещенском соборе он 
христосовался "в уста" со своим духовником и также жаловал его и прочих яйцами. 

Равным образом делал он то же и у себя наверху, т.е. во дворце, христосовался с 

боярами, оставшимися "для бережения" царской семьи во время государева выхода в 

соборы. В Золотой палате славили Христа духовные власти особо, после чего Царь 
шествовал поздравлять царицу с детьми. С ними обычно он слушал обедню в одной 
из 
дворцовых церквей, а к поздней обедне выходил в Успенский собор во всех 
регалиях. После этой обедни всех придворных, не исключая всякого рода мастеров, 

осчастливливал Царь своим высоким вниманием, допуская их к руке.
   В первый же день св. Пасхи Царь отправлялся по тюрьмам и, показывая собою 
лучший пример христианского смирения и милосердия, сказывал заключенным: 
"Христос воскрес и для вас" - и одарял каждого либо новой шубкой, либо рубашкой 

и т.п. и присылал яства для разговенья: "лучшим по части жаркой, да им же и 
достальным всем по части вареной, по части баранье, по части вечины; а каша из 
круп грешневых и пироги с яйцы или мясом, что пристойне. Да на человека же 
купить по хлебу да по калачу двуденежному". Более смирным и менее виновным 
преступникам давали по три чарки, а остальным по две, да по две и по одной 
кружке меду. А в Золотой палате царицыной в это время кормили нищую братию.
   Московский патриарх, следуя священным обычаям старины, устраивал обильный 
яствами пасхальный стол для духовенства, сослужащего ему, подобно тому как 
новгородский архиепископ  -  всему освященному Софийскому собору.
   Празднование "Велика дня" на матушке-Руси начиналось троекратным лобызаньем 
и 
приветствием друг друга словами "Христос воскресе" и ответным "Воистину 
воскресе", причем отдаривали друг друга яйцами. Обычай этот вел свое начало со 
времени римского имп. Тиверия, которому св. Мария Магдалина, придя в Рим для 
проповеди Евангелия, поднесла в дар красное яйцо. Обыкновенно эти яйца 
окрашивали в красный цвет - символ крови Господней, но встречаются покрытия и 
другими цветами с затейливыми и причудливыми узорами, называемые в Малороссии в 

отличие от "крашенок" "писанками". Особенным уважением пользовалось в народе 
"пасхальное яйцо", полученное первым: оно обладало способностью открывать 
нечистую силу, оно никогда не испортится до следующего года. С самим 
христосованьем в Малороссии соединено много суеверий, вроде, напр., того, что 
если на первое приветствие "Христос воскресе" не ответить "Воистину воскресе", 
а 
задумать какое-либо желание, то оно непременно исполнится. Возвращаясь после 
пасхальной заутрени домой, народ любовался восходящим солнцем, играющим на небе 

и разделяющим всеобщее ликование и природы, и людей в возродившейся жизни. В 
средней полосе России дети поют песенку, обращенную к солнцу:
   
         Солнышко, ведрышко, 
         Выгляни в окошечко! 
         Солнышко, покатись, 
         Красное, нарядись!
   
   А старики расчесывали волосы с пожеланием, чтобы у них было столько внуков, 
сколько волос на голове; старухи умывались с золота, серебра и красного яичка в 

надежде разбогатеть, а молодые взбирались на крыши, чтобы лучше разглядеть, как 

будет играть и веселиться красное солнышко.
   В домах и хатах ко времени возвращения семьи из церкви от заутрени был 
накрыт 
стол, уставленный всевозможными яствами для разговенья, особенным обилием 
отличающегося в Малороссии, где плохой хозяин не уставит стол поросенком, 
колбасою, пасхою и крашенками, а о зажиточных помещиках и говорить нечего - нет 

возможности перечислить все яства и пития, которые украшают пасхальный стол.