лет) и запрещено разлучать ссылаемых с женами и малолетними детьми. Тогда же 
была установлена наименьшая норма крестьянского земельного надела в размере 4,5 

дес. на душу. С 1833 запрещено выдавать долговые обязательства, обеспеченные 
крестьянами без земли, а также продавать и иным образом отчуждать крестьян в 
розницу. С 1841 запрещено покупать крестьян лицам, не владеющим населенными 
имениями, и раздроблять крестьянские семьи. В 1842 определено законом право 
помещика наказывать крестьянина; только преступления, не влекшие за собою 
лишения прав и совершенные по отношению к крестьянину того же помещика, самому 
помещику или членам его семьи, подлежали суду помещика; по таким же 
преступлениям, совершенным по отношению к постороннему лицу, помещик мог судить 

только с согласия этого последнего лица; самое наказание в таких случаях 
ограничивалось 40 ударами розог, 15 ударами палок, арестом не свыше 2 месяцев; 
только в особо важных случаях помещик мог отсылать таких преступников в 
смирительный дом не дольше как на 3 мес. и в исправительные арестантские роты 
не 
свыше 6 мес.; с 1844 запрещено наказывать крестьян "трехременной" плетью.
   Тем не менее борьба крестьян против помещиков не прекращалась. В 1-й пол. 
XIX 
в. от 60 до 70 помещиков ежегодно оказывались убитыми своими крестьянами - "ибо 

таково национальное средство, к которому прибегает русский крестьянин, чтобы 
выразить свой протест" (А.И. Герцен). Половина из помещиков, убиваемых своими 
крепостными, погибали вследствие покушения на честь крестьянских девушек.
   Принимаемые правительством меры не успокоили крестьян, волнения и случаи 
убийства помещиков не только не прекращались, но, напротив, учащались, и к сер. 

XIX в. серьезно назрел вопрос об освобождении крестьянства, хотя во влиятельных 

сферах такое решение не встречало сочувствия.
   19 февраля 1861 Александром II было подписано Законоположение об 
освобождении 
крестьян, а 5 марта обнародован Манифест об этом великом событии. Однако, 
несмотря на освобождение, крестьяне оказались в тяжелом положении, ибо были 
вынуждены платить помещику выкуп за свою землю. "Положение" не экспроприировало 

помещичье право собственности на землю; экспроприация полная, безусловная и 
невознагражденная последовала только относительно владения крестьянскими душами,
 
что же касается земли, то здесь за помещиками номинально было признано право 
собственности на всю досель принадлежавшую им землю, но это право было 
чрезвычайно сильно ограничено. Крестьянам в бессрочное пользование была отдана 
земля, принадлежавшая помещикам, которые воспротивиться этому не могли ни в 
каком случае. Правда, правительство объявило о вознаграждении помещиков за это 
крестьянское пользование их землями, но размер вознаграждения был предопределен 

законом. Усадебная же собственность могла быть даже покупаема крестьянами у 
помещиков без согласия последних также за регулированную законом плату.
   Операция выкупа представляла свои выгоды для помещиков, потому что выкупная 
сумма определялась капитализацией оброка - платежа, установленного за 
пользование наделом, оброк же был установлен "Положением" высокий, выше обычной 

в те времена арендной платы. Эта высокая норма являлась со стороны 
правительства 
уступкою той помещичьей партии, которая жаловалась на неминуемое грядущее свое 
разорение и которую пожелали вознаградить за утрату дарового крепостного труда 
косвенным путем, искусственным возвышением нормы оброка. Вследствие этого и 
выкупная сумма (т.е. капитализованный из 6% оброк), также оказалась довольно 
высокою. Статистика обнаруживает, что до н. 1877 число утвержденных выкупных 
сделок было равно 61,784 (в 37 губ., устроенных на "общем положении"); из этого 

числа по обоюдному соглашению помещиков и крестьян было заключено лишь 21,598 
сделок (т.е. 35%), а по требованию помещиков - 40,186 (т.е. 65%). Уже эти цифры 

сами по себе показывают, что выкупные операции были выгодны помещикам. Но кроме 

того, они были и нужны им, вследствие крайней задолженности владельческого 
класса в момент эмансипации.
   Исследователи выкупной операции давно отметили тот факт, что помещики 
особенно стремились обязать крестьян выкупить землю в тех губерниях, где земля 
была не так плодородна, т.е. в губерниях нечерноземных, население коих охотно 
прибегает к отхожим промыслам.
   Задолженность помещиков, сильный запрос на наличные деньги, вызванный 
коренным переворотом всего сельского хозяйства, наконец, недостаток в кредитных 

учреждениях от 1859, когда старые учреждения перестали выдавать ссуды, когда 
начали устраиваться новые земельные кредитные банки, - все это сильно 
способствовало успеху и быстроте выкупных сделок. Что касается крестьян, то 
хотя