которые были скрыты от общественного надзора и скоро сделались местами разврата.
 
Народу сделалось противно самое имя кабака, и ведено называть их кружечными 
дворами, и очень часто случалось, что отдают кабак на откуп, и в целом округе 
не 
оказывается ни одного откупщика. В деревнях кабаки строго запрещались (до к. 
XVII в.), и еще в 1665 существовали честные русские люди, вроде Ордына-Нащокина,
 
который, замечая зло, распространяющееся от казенных кабаков, хлопотал о 
прежней 
вольной продаже напитков.
   В Москве, в н. XVII в., было, кажется, не больше двух-трех кабаков, но к 
концу века они увеличились неимоверно (по тогдашнему понятию). Кабаки 
начинались 
с самого Кремля. Здесь, при царе Алексее Михайловиче, на Земском дворе, возле 
самого государева дворца, с ведома Приказа начальных людей, были заведены 
кабаки, где разные ведомые вары, собравшись в артели, торговали вином. Всех 
этих 
варов было больше тысячи, и артель их получала большие выгоды. В XVIII в. в 
Кремле были известны два кабака: один духовный, другой подьяческий. Первый 
помещался на Красной площади, под известной Царь-пушкой, и назывался 
"Неугасимая 
свеча". Здесь, после вечерень, обыкновенно собирались соборяне, пили и пели 
"Пасху красную". Подьяческий кабак стоял ближе к дворцу, перейдя туда вместе с 
Приказами, - он стоял под горой, у Тайницких ворот, и назывался "Катон". При 
Анне Иоанновне кабак этот заметили, и в 1733 ведено было из Кремля вывести его 
немедленно вон, и вместо того одного кабака поставить, где надлежит, несколько 
кабаков, а в Кремле отнюдь бы его не было. Из других московских кабаков 
славились Каменномостский кабак, служивший притоном всяким ворам, и "Красный 
кабачок", куда собиралось все, что только было тогда в Москве разгульного. Из 
особенно замечательных старых кабаков упомянем о кабаке у Воскресенских ворот, 
где позднее были свечные лавки. Сюда собиралось после присутствия все 
подьячество. Между Моисеевскою площадью и Никитской был кабак, называемый 
"Каменный скачок", позднее просто "Скачок". Против Моисеевского монастыря 
стояло 
"Тверское кружало", а где ныне Воронин трактир, там был "Стеклянный кабак". В 
XVIII в. всю Россию обнимает откупная система, распространившаяся потом на 
Сибирь, на юг, где до тех пор московских кабаков не знали. Домашнее пиво и 
медоварение прекращается, и начинается пьянство в кабаках. Кабак в XVIII в. 
делается местом сбора для бесед, местом отдыха от трудов, где мужик, испивая 
сиротские слезы, имеет счастливую возможность забыться на минуту от своей 
тяжелой участи.
   Раз поставленный где-нибудь, кабак уже навсегда тут и остается, делаясь 
спасательным маяком для всего округа и обрастая народными воспоминаниями. 
"Тверское кружало", стоявшее в Охотном ряду, в XVIII в. заменяется 
"Цареградским 
трактиром", который завел какой-то грек (позднее гостиница "Париж"). Далее на 
углу Тверской и Газетного переулка стоял "Старый кабак", прославленный 
августиновским кучером. На Саввинском подворье жил Августин, у него был кучер 
из 
духовного звания Илья. Этот Илья иногда до того пил, что его забивали в колодку 

и приковывали цепью к стулу. Проспавшись на цепи, он вставал, брал в руки стул, 

и со стулом, с колодкой и с цепью на шее снова плелся в кабак на углу Газетного 

переулка. В 1862 в Москве считалось, по отчетам откупщиков, 215 кабаков, 
большая 
часть их идет от XVIII в. Голь кабацкая - главные посетители кабаков - 
проводили 
там время с женщинами, и за минуты буйного веселья среди этих женщин голь 
почитала их благодарной памятью, соединив их имена с именами кабаков, которые 
они посещали. Таков известный кабак "Танька", получивший имя от Таньки, 
известной разбойницы, хотя другое предание говорит, что местом посещения ее 
было 
"Петровское кружало". Подобным же образом получили свои названия кабаки: 
"Татьянка", "Агашка", "Аринка" на Девичьем поле. Многие кабаки получали имена 
от 
местностей, где они находились, и от других случайных причин: "Синодальный 
кабак", "Казенка", знаменитая некогда "Старая изба", "Роушка", "Ленивка", 
"Веселуха", "Каковинка", "Щипок", "Подберезка", "Варгуниха", "Разгуляй". Кабаки 

по окраинам города назывались прощами или росстанями, как, например, тверские 
росстани. Явилось множество кабаков, называющихся по имени бань, около которых 
они стояли как необходимая принадлежность: кабак "Новинские бани", "Сиверские 
бани", "Денисовы бани", "Девкины бани", "Барашевские бани", "Ирининские бани", 
"Елоховы бани", "Петровские бани", "Вишняковы бани", "Крымские бани". От XVIII 
же века явился кабак "Истерия", напоминающий нам о внесенной к нам тогда 
"цивилизации". С этого же века появляются фартины, трактиры, герберги, 
ресторации, ренсковые погреба, и число их в столицах росло все больше и больше,