наряжаются в разное, иногда и мужское платье, ходят в лес с песнями и другими 
забавами и там, завязав на березах венки, оставляют их до Троицына дня, в 
который опять собираются хороводом и ходят снимать те венки, с которыми, 
возвращаясь, поют песни и пляшут".
   В Тюменском у., в русских селениях, расположенных по р. Тавде, на Семик 
празднично одетые девушки собирались после обеда на улице, потом с песнями шли 
в 
лес "завивать венки" и "запирать ворота". Если на улице к ним присоединялись 
парни, то на краю деревни они должны были по традиции оставить девушек одних. 
"Завивали" березки в укромных местах, чтобы они были незаметны для посторонних. 

Сами девушки могли вдвоем-втроем "завить" венки на одной березке. Нельзя было 
пользоваться готовым венком, завитым другой девушкой, но можно было завить 
березку - загадать на другого человека: на члена семьи, на парня. Загадывали - 
жить или умереть, выйти замуж или нет. Все это следовало держать в тайне. 
Замужние женщины не участвовали в праздничном шествии с песнями и лес и'в 
вечернем веселье молодежи в деревне после завиванья, но могли тайком завивать 
березки и загадывать. Когда в Троицу отправлялись с песнями на то же место и 
"заламывали" венки, завитые на Семик, тайна уже не соблюдалась. Эти же венки 
украшали цветами и надевали на головы.
   Троицкий празднично-хороводный цикл иногда включал в себя целый ряд древних 
обрядов, корнями уходящих еще, по-видимому, в языческие времена - кумление 
("крещение кукушки"), "березка", "колосок", "русалки" и др.
   Заканчивались троицкие гуляния во Всесвятское воскресение - заговенье на 
Петров пост. В Кадниковском у. Вологодской губ. этот день называли "яишным 
заговеньем" и праздновали во всех деревнях. После утреннего угощенья в семьях 
парни и девушки шли к "качулям" (качелям), которые устраивались в трех 
постоянных местах: близ Спасского погоста и около деревень Чернухина и 
Кудрявцева. Там с полдня начинались песни, пляски и игры. Главными в этот день 
были игры в яйца: "перебой", "защурья", "по лотку". В семье каждый получал от 
старшей из женщин пяток яиц. В домашнем угощенье в этот день непременными 
считались пироги с яйцами. В игре в карты на Всесвятское воскресенье на ставку 
принимались яйца. За катанье на качелях тоже можно было в этот день 
расплатиться 
яйцами. Качали молодежь здесь крестьяне - хозяева качелей, за плату.
   Увеселенья около качелей кончались к 7 часам вечера, и молодежь ненадолго 
расходилась по домам. Девушки должны были снять праздничное платье и 
переодеться 
в более простую одежду. После этого выходили на берег реки у своего селения, 
там 
к ним присоединялись парни. Танцы и песни продолжались "чуть не всю ночь".
   Корреспондент, приславший описания этих развлечений в "Этнографическое 
обозрение" в 1903, сообщил, что собрал их в 1901-02 лично и от крестьянина д. 
Тарасовской Алексея Кортавина. Отмечал изменения в составе участников и наборе 
игр на протяжении последних десятилетий. Раньше к "качулям" собиралась не 
только 
холостая молодежь, но и молодые женатые крестьяне ближайших деревень. С н. 
1880-
х они стали посещать эти увеселения все реже, а в момент написания и совсем уже 

не ходили. Исчезли и игры в яйца.
   В одной из игр молодежи на берегу реки на яичное заговенье могли участвовать 

только девушки. Они становились парами лицом друг к другу, взявшись за руки, и 
образовывали длинный коридор, по которому перебрасывали с рук на руки малышей - 

мальчиков и девочек. Таким способом перебрасывали всех детей деревни, а иногда 
и 
подростков, и девушек. Здесь же проходили спортивные игры и состязания молодежи.
 
Девушки и молодые женщины бегали "взапуски". После бега начиналась борьба: 
женщины боролись с женщинами (девушки в этом не участвовали), а мужчины - с 
холостыми парнями. Завершался праздник вечером купаньем в реке; при этом жгли 
костры и стреляли из ружей. После купанья взрослые возвращались домой, а 
хороводы молодежи продолжались всю ночь.
   Традиции древних обрядов, переродившись в игровые, карнавальные, придают 
многокрасочное богатство народной праздничной культуре. Завивание венков, 
"березка", "русалки" и другие обычаи, в которых причудливо переплетаются 
таинственность, лиричность, грусть с кипучим весельем, создают неповторимый 
колорит гуляний молодежи, приуроченных к конкретным календарным датам или 
периодам. Это своеобразные игры для взрослых или коллективные театральные 
импровизации, разыгрываемые по определенным правилам, за выполнением которых 
может стоять и суеверный страх нарушения того, что делалось родителями и дедами.
 
На венках загадывают: одни верят гаданью, другие не верят, многие осуждают 
гаданье как занятие греховное, но лишь единицы из молодежи готовы отказаться от 

участия в общем празднике, от возможности бродить в обществе ровесников по лесу,
 
лугу, у реки с березками, венками, по старинному обычаю, исполненному