имеет под ногами - Ветхий завет; венец на голове ее - двенадцати апостолов 
учение; с болью рожает - святым крещением преобращает плотские чада в духовные; 

змей же - дьявол, как говорится, краснота - жестокость его и кровопийство; 7 
глав - злые его, супротивные силы; 10 рогов знаменуют истребление царства, как 
раньше пали арамейское, константинопольское, египетское и прочии. Дитя жены, 
которое змей хотел сожрать - те люди, что рождены были заново в святом крещении,
 
но влечет их и после крещения дьявол к осквернению, подвигая к погибели; 
бегство 
жены в пустыню из старого Рима - из-за служения на опресноках, так как весь 
некогда великий Рим пал и болен неисцелимым недоверием - ересью аполлинариевой. 

В новый Рим бежала, то есть в Константинополь, но и там покоя не обрела из-за 
соединения православных с латинянами на восьмом соборе, потому и была разрушена 

константинопольская церковь, и унижена была, и стала подобна она хранилищу 
овощей. И наконец в третий Рим бежала - в новую и великую Русь. Это тоже 
пустыня, так как не было в ней святой веры, не проповедовали там божественные 
апостолы, после всех воссияла там благодать Божия спасения, с ее помощью 
познали 
мы истинного Бога. Единая нынче соборная апостольская церковь восточная ярче 
солнца во всем поднебесье светится, и один только православный и великий 
русский 
царь во всем поднебесье, как Ной в ковчеге, спасшийся от потопа, управляет и 
направляет Христову Церковь и утверждает православную веру. А когда змей 
испустит из уст своих воду, как реку, желая в воде потопить, то увидим, что все 

царства потопятся неверием, а новое же русское царство будет стоять оплотом 
православия".
   Юный царь глубоко проникся пониманием своей особой роли и великой 
ответственности. С целью упорядочения русской жизни в 1547 - 51 он несколько 
раз 
созывал соборы духовенства, на которых решались важнейшие вопросы церковного и 
государственного устройства. "Отцы наши, пастыри и учители, - обращался Иоанн к 

иереям и святителям, - внидите в чувства ваши, прося у Бога милости и помощи, 
истрезвите ум и просветитесь во всяких богодухновенных обычаях, как предал нам 
Господь, и меня, сына своего, наказуйте и просвещайте на всякое благочестие, 
как 
подобает быть благочестивым царям, во всех праведных царских законах, во всяком 

благоверии и чистоте, и все православное христианство нелестно утверждайте, да 
непорочно сохранит истинный христианский закон. Я же единодушно всегда буду с 
вами исправлять и утверждать все, чему наставит вас Дух Святой; если буду 
сопротивляться, вопреки божественных правил, вы о сем не умолкайте; если же 
преслушник буду, воспретите мне без всякого страха, да жива будет душа моя и 
все 
сущие под властию нашею".
   Соборы прославили новых русских святых, от которых народ ждал заступничества 

и благословения на нелегком пути своего служения, утвердили новый Судебник - 
сборник законов, определявших отправление правосудия в России, подробно 
остановились на благоустройстве внутренней церковной жизни. Обличая беспорядки 
и 
бесчиния, рассуждали о богослужении и уставах церковных, об иконописании 
(требуя 
от иконописцев, кроме мастерства, неукоризненной жизни), о книгах богослужебных,
 
о просфорах и просфорницах, о благочинии в храмах, о чине совершения Таинств, 
об 
избрании и поставлении священнослужителей, о черном и белом духовенстве, о суде 

церковном, о содержании храмов и причетов, об исправлении нравов и обычаев.
   Особенно ясно благодатное состояние русского общества отразилось в 
знаменитом 
"Домострое".
   "Царя бойся и служи ему верою, и всегда о нем Бога моли, - поучает 
"Домострой". - Аще земному царю правдою служиши и боишися е, тако научишися 
небесного Царя боятися". Долг служения Богу есть одновременно и долг служения 
царю, олицетворяющему в себе православную государственность - эта мысль прочно 
укоренилась в сознании русского человека. В Служебнике второй пол. XVI в. 
сохранилась молитва, которая рекомендовалась как образец покаяния для служилых 
людей. "Согреших пред Богом и по Бозе пред государем пред великим князем - 
русским царем, - исповедовал кающийся. - Заповеданная мне им (царем) слова 
права 
нигде же сотворих, но все преступих и солгах и не исправих. Волости и грады от 
государя держах не право, а суд - по мзде и по посулу. Ох мне, грешному, горе 
мне, грешному! Како мене земля не пожрет за мои окаянныя грехи - преступившего