| |
разных неблаговидных поступках, между прочим говорится, что он "веселых (т.е.
скоморохов. - Прим. авт.) держал у себя для потехи беспрестанно". Наконец, в
одной старинной рукописи читаем о пошлине "годовщине", взятой в 1656 с "веселых
гулящих людей", т.е. со скоморохов.
В чем же заключалась доставлявшаяся скоморохами народу утеха? Ответ на этот
вопрос дают многочисленные исторические памятники, народные песни и поговорки,
а
также наши былины, в которых скоморохи являются в большинстве случаев еще в
древнейшем своем образе, в виде гусельников. Последние играют на своих
"звончатых", или "яровчатых" (яворовых), гуслях и поют песни, а иногда и пляшут
для развлечения слушателей; по одиночке или толпами, облекаясь в особое
"скоморошье платье", они посещают пиры, княжеские или частные, и народные
праздники, присутствуют на свадьбах, всюду внося удовольствие и веселье.
Терентьева жена в упомянутой выше былине, приглашая скоморохов к себе в
гридню, обращается к ним с просьбой "сесть на лавочки, поиграть во гусельцы и
пропеть песенку", и "веселые скоморохи"
Садилися на лавочки,
Заиграли во гусельцы,
Запели они песенку...
Имеются разные свидетельства о зазывании скоморохов в дома. Так, в поучении
Григория Черноризца (XIII в.) предписывается не вводить в дом скоморохов:
"скомороха, и гудьця, и свирця не уведи у дом свой глума ради". В "Слове о
русалиях", приписываемом Нифонту, говорится о муже, который, завидев из палаты
своей толпу пляшущих вокруг пляшущего же сопельника (скомороха), останавливает
их и велит играть, плясать и петь перед собой. "Кто их (скоморохов. - Прим.
авт.) пустит на двор добровольно, и они тут играют", - говорится в уставной
грамоте (1509). "В дом свой, к жене и к детям приводили скомрахи, плясци,
сквернословии", - читаем в одном из слов митр. Даниила (XVI в.). В царской
грамоте 1648 приказывается, чтобы скоморохов с домрами, и с гуслями, и с
волынками, и со всякими играми "в дом к себе не призывали". "Буде учнуть...
мирские люди тех скоморохов (с гуслями, домрами, сурнами и волынками) и
медвежьих поводчиков с медведями в домы своя пускати", - читаем в "Памяти
митрополита Ионы" (1657).
В одной из былин о Добрыне последний является на пир наряженный скоморохом:
Накрутился молодец скоморошиной,
Пошел как на хорош почестей пир.
Его приветствуют Владимир-князь и Опраксия-королевична и упрекают, что он
раньше не заходил, а напрасно проживался:
Ай же ты, детина приезжая,
Скоморошная, гусельная!
Для чего же ты долго проживаешься,
Проедаешься, пропиваешься,
Нейдешь к нам на почестей пир.
Картину пиров князей Киевских, пиров, на которых собиралась и потешалась
княжеская дружина, рисуют наши былины, относя эти пиры постоянно к вел. кн.
Владимиру:
Во стольном городе во Киеве,
У ласкова Осударь Князя Владимира,
Было пированье, почестней пир...
Князи и бояре пьют, едят, потешаются,
И Великим Князем похваляются.
На таких пирах Владимир, по словам былин, обращается к дружине, поручая
дружинникам найти ему невесту, или сам заботится о сватовстве своих
дружинников;
здесь вызывает князь охотников "вырубить Чудь белоглазую" и другие враждебные
народы; держит советы с дружинниками; поручает дружинникам "настрелять гусей,
белых лебедей, малых уточек" к своему "столу княженецкому"; с дружиной князь
забавляется охотой, борьбой, стрельбой в цель, ристанием; здесь же, на
княжеских
пирах, раздается игра скоморохов-гусельников (по выражению былин:
"загусельщиков", "игроков", "скоморохов"), подтвержденная неопровержимо словами
летописца, что был обычай перед князем играть на гуслях и других музыкальных
орудиях, в свою очередь иллюстрированный древней фреской киевского Софийского
собора.
Прежде чем приступить к дальнейшему изложению старинных свидетельств о
скоморохах и доставлявшихся ими утехах, необходимо заметить, что большинство
свидетельств не только средневековых, но и позднейших проникнуты духом
нетерпимости к музыкальным и иным "скаредным", "бесовским", "богомерзким", по
|
|
