с XIX столетия даже внедряло отрицательное отношение к вере и потому в себе 
таило гибель России.
   К сожалению, не сразу после Петра стали возглавлять Россию наши императоры, 
которые были покровителями православной веры и защитниками ее не только для 
России, но и для других православных стран. Русскому народу пришлось и после 
Петра пережить ряд глубоких потрясений в своей вере. Мы имеем в виду прежде 
всего царствование имп. Анны Иоанновны, когда окружавшие ее немцы-протестанты 
во 
главе с масоном Бироном открыто гнали православную веру, а затем долгое 
царствование имп. Екатерины II.
   Последняя исполняла все требования наружного благочестия, восхищалась 
проповедями митр. Платона, целовала руки у духовенства, шла в крестных ходах, 
бывала в Св.-Троицкой Сергиевой лавре; однако не имела православной 
настроенности и ценила религию, как и Петр, исключительно с точки зрения ее 
политического значения - ее пользы для государства. В особенности плохо было то,
 
что она преклонялась, и даже чрезмерно, пред безбожником Вольтером, заискивала 
пред ним и советовалась с ним в своих планах касательно тех или других реформ 
для России.
   Отсюда для нее естественно было назначать на должность обер-прокурора Св. 
Синода таких неправославных лиц, каковыми были масоны Мелиссино и Чебышев. 
Первый из них предложил Св. Синоду снабдить синодального депутата для заседания 

в Комиссию Уложения такими предложениями относительно реформ в церковной жизни: 

ослабить и сократить посты, уничтожить почитание икон и св. мощей, запретить 
ношение образов по домам, сократить церковные службы для избежания в молитве 
языческого многоглаголания, отменить составленные в позднейшие времена стихиры, 

каноны, тропари, назначить вместо вечерни и всенощных бдений краткие моления с 
поучениями для народа, прекратить содержание монахам, дозволить избрание из 
священников епископов без пострижения в монашество, с разрешением архиереям 
проводить брачную жизнь, разрешить духовенству носить "пристойнейшее платье", 
отменить поминовение умерших, дозволить вступать в брак свыше трех раз и 
запретить причащать младенцев до десятилетнего возраста. Св. Синод отклонил эти 

предложения и составил свой наказ.
   Обер-прокурор Чебышев был совершенно неверующим человеком. Он открыто перед 
публикой заявлял о своем неверии в бытие Божие, непристойно держал себя в 
присутствии членов Св. Синода, позволяя себе недопустимые ругательства, 
задерживал издание сочинений, направленных против распространявшегося тогда 
модными писателями неверия.
   Таким образом, если при Петре Русской Церкви пришлось тяжко страдать от 
протестантизма, то при Екатерине II Церковь переживала сильное давление не 
только от протестантизма, но и от неверия.
   Но особенно тяжкий удар Екатерина II нанесла Церкви через окончательное 
отобрание в казну монастырских имений и введения монастырских штатов. В силу 
этой пагубной для Церкви реформы сразу было закрыто из 954-х ранее 
существовавших монастырей 754; следовательно, осталась в России лишь пятая 
часть 
их. При отобрании церковных имений было дано обещание обеспечить духовные школы 

и духовенство, но оно не было исполнено государственной властью. К тому же 
последняя не получила от этой реформы большой пользы, так как огромная часть 
монастырских имений была роздана императрицей в дар ее фаворитам.
   Ясно, каким болезненным ударом по сердцу верующих русских людей была эта 
реформа. Запустели места, освященные подвигами св. иноков. Заросла тропа, по 
которой направлялись народные массы к святым старцам для духовного руководства, 

к святым могилам - для молитв. Закрылось при церквах и монастырях множество 
школ, больниц и богаделен. Вместе с закрытием монастырей остановилось и великое 

дело просвещения инородцев в Сибири и других местах необъятной России. Народное 

чувство было слишком возмущено, ибо отобрание церковных имуществ было вопиющим 
нарушением прав собственности и воли тех, которые завещали свои имения церквам 
и 
монастырям на дела благотворения, на поддержание иночества и на помин души. Эта 

реформа была в глазах народа великим грехом, ибо на пожертвования в пользу 
церквей и монастырей, о чем было сказано выше, Церковь всегда смотрела как на 
посвященное Богу.
   Поэтому современники этого грустного явления в жизни Церкви не могли не 
протестовать. Самым резким был протест со стороны Арсения, митр. Ростовского. 
Его личность вызывала и вызывает глубокое к себе уважение, так как он 
бесстрашно 
всегда защищал правое дело. Еще при имп. Елизавете Петровне, назначенный членом 

Св. Синода, он не явился в Синод для принесения установленной присяги, находя 
несогласными со своею совестью слова: "Исповедаю же с клятвою крайнего судью