нужен".
   Благодатный церковный опыт Ольги оказался недоступен ее строптивому сыну. 
Плакала мать, скорбя, в молитве изливая Богу свою печаль, прося вразумления, 
милости и защиты. "Премилостивый Господи, Боже мой Иисус Христос, - взывала 
княгиня, - прильпе душа моя по Тебе, мене же прият десница Твоя: приклони ухо 
Твое ко мне и услыши молитву мою... Помощник ми буди и не остави мене, Боже 
Спасителю мой, яко отец мой и мати моя оставили мя, и супруга я лишилась. От 
него единственного сына прижила, и тот непокорив и неверен... Я, Господи, на 
милость Твою уповаю, и на множество щедрот Твоих надежду души моей возлагаю, и 
к 
Тебе, прибегая, молюсь: научи меня творить волю Твою и спаси меня от рода 
лукаваго, от множества язычников. И хоть они ушли от Твоей благодати, но Ты, 
Владыко, человеколюбия ради не пренебреги ими, но посети и вразуми, приведи их 
к 
познанию Себя... Пусть они, просвещенные Тобою, когда-нибудь прославят имя Твое 

пресвятое, Отца и Сына и Святаго Духа из рода в род и во веки. Аминь".
   Бог внял материнской мольбе. Дело обернулось так, что ревностный язычник и 
непримиримый враг христианства Святослав как никто другой способствовал 
разрушению самого главного внешнего препятствия на пути Православия в Россию. 
Суровый и жестокий воин, он своими дерзкими походами уничтожил Хазарию и 
укрепил 
Русское государство, расчистив, таким образом, путь к служению, благодатное 
призвание на которое последовало тремя десятилетиями позже - в Таинстве Святого 

Крещения. Мать Святослава - св. равноап. кн. Ольга - не дала угаснуть в народе 
слабой искре христианства, всеянной тремя "неудачными" крещениями, которая 
вспыхнула ярким светом на Святой Руси в результате чудесного обращения ее внука 

- кн. Владимира.
   Святослав сохранил единство Руси, защитив ее от внешних врагов, угрожавших 
молодому государству с юго-востока. Ольга удержала нарождающееся русское 
христианство от растлевающего еретического влияния католицизма, грозившего ему 
с 
северо-западного направления. Святослав спас государственное тело России. Ольга 

не дала смутить ее неискушенную юную душу. Такое сочетание, вопреки всякому 
человеческому предвидению, готовило Русь к христианскому прозрению, хотя 
временами казалось, что новое государство умрет, едва успев родиться.
   К сер. X в. киевский князь стал вассалом иудейского царя Хазарии. Произошло 
это после карательного похода "досточтимого Песаха" - еврейского полководца, 
который во главе наемной армии отбросил русов от берегов Азовского моря, 
опустошил страну и осадил Киев. Около 940 от киевского князя отпало Днепровское 

левобережье, земли уличей и тиверцев в низовьях Днестра и Дуная попали в руки 
печенегов, кривичи создали свое независимое Полоцкое княжество. Под мощным 
воздействием хазарских евреев Русь разваливалась на глазах, превращаясь в 
вассала иудейского каганата, вынужденная не только платить ему дань, но и 
воевать за его интересы, совершенно чуждые славянам. "Тогда стали русы 
подчинены 
власти хазар", - гордо сообщает современный еврейский автор.
   Еще в самом н. IX в. власть в Хазарском каганате захватил некий влиятельный 
иудей Обадия. Он превратил хана из династии Ашина в марионетку и сделал 
талмудический иудаизм государственной религией Хазарии. С тех пор ее политика 
преследовала цели, проистекавшие из мессианских чаяний раввинов и их неутолимой 

ненависти к христианству. Первой заботой хазарских иудеев традиционно стала 
забота о богатстве. Через тысячу лет после того, как еврейство отвергло 
Спасителя, иудеи-рахдониты продолжали свято верить, что путь к господству над 
миром (якобы обещанному им Самим Богом) один - золото.
   Богатство давало возможность подкупать союзников и нанимать воинов. Все это: 

торговое имущество, купленные союзники и воины-наемники - было брошено к 
достижению заветной цели: уничтожению или ослаблению ненавистного оплота 
Вселенского Православия - Византийской империи.
   В 939 по Рождеству Христову войну против Византии развязал хазарский царь 
Иосиф, который начал с того, что "низверг множество необрезанных", то есть 
попросту перебил христиан, живущих внутри Хазарии. Затем хазарское войско 
вторглось в Крым, взяло там три города, "избив мужчин и женщин", и осадило 
Херсонес, где нашли себе убежище уцелевшие христиане. Составной частью кампании 

стал поход на русские земли, закончившийся подчинением киевского кн. Игоря. Он 
обещал "платить дань кровью", то есть в войне Хазарии с Византией выставить 
свою 
дружину против империи на стороне каганата. Этим, возможно, и объясняются два 
его похода на Царьград, последовавшие один за другим в 941 и 944.
   Подчинение Хазарии сыграло роковую роль и в жизни самого Игоря. 
Общепризнанно, что он был убит древлянами при сборе дани. Но остается открытым 
вопрос - для кого собирал он эту дань? Что заставило князя увеличить ее до 
размеров, вызвавших восстание древлян? Ответ прост: надо было платить Хазарии.