| |
противостояние добрых и злых людей. Последние опаснее бесов, ибо "беси бо Бога
боятся", а злой человек ни Бога не боится, ни человека. Именно посредством их
множится мировое зло. Борьба за добро, любовь к добру, добротолюбие
существовали
как своего рода культ в дохристианский период, после Крещения Руси они получают
дополнительное обоснование и высшее освящение, но вступают порой и в
противоречие с христианской догматикой. Так, Иаков Мних (XI в.) восхвалял добро,
считая, что святость достигается не чудотворением, а добрыми делами. Критерий
истинной христианской жизни и святости - добрые дела.
С самого начала принятия христианства Святая Русь, идеология русского
народа-
богоносца, столкнулась с иудаизмом, идеологией народа-богоубийцы. Примерно с
конца первого тысячелетия от Рождества Христова начинается качественная сдвижка
мировой истории - созданная Спасителем христианская цивилизация, подточенная
тайными иудейскими обществами и сектами, подвергается эрозии. Христианская
идеология в западноевропейских странах постепенно отравляется иудейскими
воззрениями на мир. И на месте христианской цивилизации Запада в течение XI -
XVIII вв. сначала почти незаметно, как страшная раковая опухоль, развивается
иудейско-масонская цивилизация, отрицающая духовные ценности Нового Завета,
подменяя их иудейским поклонением золотому тельцу, культом насилия, порока,
плотского наслаждения жизнью.
На многие века Западное христианство превратилось в ширму, за которой велось
строительство иудейско-масонской цивилизации. На первых порах, пожалуй, самой
красивой частью этой ширмы был так называемый Ренессанс, который при
покровительстве римских пап и кардиналов под псевдохристианской оболочкой
фактически отверг духовные ценности Нового Завета, провозгласив эпоху плотского
наслаждения жизнью, а главное, возрождение порочных языческих (дохристианских)
традиций Древней Греции и Рима. Иудейская пропаганда объявляет всю эпоху
подъема
христианской духовной цивилизации периодом упадка и мракобесия, а так
называемый
Ренессанс - временем возрождения "лучших традиций древности", подразумевая под
этим, по-видимому, неслыханный разврат и содомитство позднего античного
общества, преуспеяние которого основывалось на жестокой эксплуатации рабов со
всего мира.
Кризис Западной церкви и христианских монархий в Европе, начавшийся с
момента
отпадения Рима от Православия, перерос к середине 2-го тысячелетия во всеобщую
катастрофу западно-христианской цивилизации. С этого момента, по справедливому
замечанию великого русского философа А.Ф. Лосева, осуществляется развертывание
и
оформление сатанинского духа, ступенями которого были капитализм и социализм,
победоносное шествие еврейских революций по Европе.
В самом деле, с момента складывания капитализма и колониальных захватов мир
вошел в полосу деградации и одичания. Стремительное развитие
научно-технического
прогресса сильно способствовало этому, превращая человека в раба возрастающих
материальных потребностей. Мир становился все более одномерным. Духовная
доминанта человечества, ранее определяемая христианской цивилизацией и
ценностями Нового Завета, перемещалась на периферию общественного сознания, а
на
авансцену истории выходили бездушие, эгоизм и ограниченность человека, живущего
только потребительскими интересами.
Святая Русь не приняла антихристианских идей западноевропейского Возрождения
и так называемого "гуманизма", ориентированных на жадное стяжание материальных
благ и плотских утех. Она отвергла западноевропейское понятие развития как
преимущественно научно-технического, материального прогресса, постоянного
наращивания массы товаров и услуг, обладания все большим количеством вещей,
перерастающего в настоящую гонку потребления, "жадность к вещам". Этому понятию
русское миропонимание противопоставляло идею совершенствования души,
преображения жизни через преодоление греховной природы человека.
Для русского человека вера была главным элементом бытия, а для западного
человека - "надстройкой" над материальным базисом. Архимандрит Иларион
(Троицкий) писал: "Идеал Православия есть не прогресс, но преображение... Новый
Завет не знает прогресса в европейском смысле этого слова, в смысле движения
вперед в одной и той же плоскости. Новый Завет говорит о преображении естества
и
о движении вследствие этого не вперед, а вверх, к небу, к Богу". Единственный
путь преображения - в искоренении греха в самом себе: "Не вне тебя правда, а в
тебе самом, найди себя в себе, овладей собой, и узришь правду. Не в вещах
правда
|
|