СВЯТАЯ РУСЬ, особое благодатное свойство русского народа, сделавшее его 
оплотом христианской веры во всем мире. Жертвенное служение идеалам добра и 
справедливости, стяжание Духа Святого, устремленность к безгрешности и 
совершенству сделали русских новым Богом избранным народом. Осознание русским 
народом своего особого духовного предназначения прослеживается в "Повести 
временных лет" (XI в.). Причем богоизбранность понимается не как противостояние 

другим народам, а как особая миссия борьбы с мировым злом, миссия добротолюбия.
   "Святая Русь, - писал А.С. Хомяков, - создана самим христианством. Таково 
сознание Нестора, таково сознание святого Илариона и других. Церковь создала 
единство Русской земли и дала прочность случайности Олегова дела".
   Духовные ценности Святой Руси раскрываются перед нами в возвышенной 
православной этике и добротолюбии, русской иконе, церковном зодчестве, 
трудолюбии как добродетели, нестяжательстве, взаимопомощи и самоуправлении 
русской общины и артели - в общем, в той структуре бытия, где духовные мотивы 
жизни преобладали над материальными, где целью жизни была не вещь, не 
потребление, а совершенствование, преображение души!
   Русское Православие, воплощавшее ценности Святой Руси, было не только 
религиозной системой, но и состоянием души - духовно-нравственным движением к 
Богу, включающим все стороны жизни русского человека - государственную, 
общественную и личную. Русское Православие развивалось вместе с национальным 
сознанием и национальным духом русского человека. По мере возвышения 
национального духа возвышалось Православие, и, наоборот, разложение 
национального сознания вело к вырождению Православия.
   К Богу русский человек испытывал особое национальное чувство. "Русский Бог 
велик, - говорил он. - Велик Бог русский и милосерд до нас", "Жив Бог, жива 
душа 
моя", "Жить - Богу служить", "Человек ходит - Бог водит", "Нужен путь - Бог 
правит", "Бог пути кажет", "Человек гадает, а Бог совершает", "Без Бога не до 
порога", "С Бога начинай и Господом кончай", "Утром Бог и вечером Бог, а в 
полдень да в полночь никто же кроме Него", "С верой нигде не пропадешь", "Вера 
спасает", "Вера животворит", "Вера и гору с места сдвинет".
   Это, конечно, не означало безоглядного упования на Бога. Нужно не только 
молиться, но и действовать. Только тогда молитва будет действенной: "На Бога 
надейся, а сам не плошай!", "Богу молись, а в делах не плошись!", "Богу молись, 

а добра ума держись!", "Богу молись, а к берегу гребись!"
   Переменить веру Православную, считал русский человек, - смертный грех: 
"Менять веру - менять и совесть".
   Каждое дело надо начинать с молитвы: "Не торопись, сперва Богу помолись", 
"Любое дело - благословясь не грех", "Дело спорится - углам помолись", "Что бы 
ни пришло, все молись", "Кто перекрестясь работает, тому Божия помощь", "С 
молитвой в устах, с работой в руках".
   Однако и молиться надо, очистив себя от всякой скверны и греховных помыслов: 

"Лихо думаешь - Богу не молись".
   В выборе веры сказался национальный характер народа. Красота богослужения, 
конечно, не главное, что определило выбор. Главное в том, что Православие 
отвечало характеру народа и позволяло ему сохранять свои народные традиции, 
обычаи и идеалы. В отличие от католичества, Православие не навязывало русскому 
народу чуждый язык богослужения (мертвую латынь), не пыталось поставить над 
Русской землей деспотическую власть римских пап. "Рим никогда не отвечал нашему 

духу и нашему характеру, - писал И.А. Ильин. - Его самоуверенная, властная и 
жестокая воля всегда отталкивала русскую совесть и русское сердце".
   Святая Русь не противопоставляла власть светскую и духовную, а действовала 
по 
принципу: "Богу - богово, а кесарю - кесарево". Однако и "греческое 
вероисповедание мы, не искажая, восприняли настолько своеобразно, что о его 
"греческости" можно говорить лишь в условном, историческом смысле" (И.А. Ильин).
 
Главное состояло в том, что новоиспеченные русские христиане внесли в новую 
веру 
глубокие нравственные начала, рожденные еще в дохристианский период, и прежде 
всего мысль о приоритете добра в жизни, о неизбежности победы добра в борьбе со 

злом. На Руси Православное христианство стало добротолюбием, вобрав в себя все 
прежние народные взгляды на добро и зло и оптимистическую веру в добро.
   Крещение Руси соединило два родственных мироощущения. Так, русские внесли в 
Православие жизнеутверждающий оптимизм победы добра и усилили его нравственные 
начала, придав им более конкретный характер практического добротолюбия. Этим 
русское Православие отличалось от византийского, которое абсолютизировало 
проблему зла, его неотвратимости, преодолеть которое можно только через строгий 

аскетизм и мистические искания. Безусловно, Русская Православная Церковь 
освоила 
мистический и аскетический опыт Востока, особенно исихазм, но, как показывает 
история, в довольно узких пределах национальных традиций и обычаев. Широкой 
массе русского народа был чужд мистицизм в смысле "личной встречи с Богом". 
Путь