а самыми святыми из монахинь, согласно словам Мадлен, почитались те,
которые ходили нагими в церкви и в саду и танцевали нагими перед отцом
Давидом. Сама Мадлен во время причастия была вынуждена принимать Святые
Дары с обнаженной грудью и сносить непристойные ласки капеллана. Кроме
того, отец Давид учил монахинь ласкать друг друга и пользоваться
искусственным фаллосом; сам он при этом наблюдал за ними.
  В 1628 году капелланом в Лувье стал отец Матюрен Пикар, а его помощником
- отец Тома Булле. Они не только переняли обычаи отца Давида, но и довели
их до откровенного сатанизма. Пикар насиловал Мадлен, а другие монахини
"совершали с ним отвратительнейшие деяния". Раз или два в неделю Мадлен
впадала "в своего рода транс или экстаз"; в этом состоянии она посещала
ведьмовские сборища в доме близ монастыря, на которых присутствовали Пикар,
Булле и другие священники, три-четыре монахини и несколько посторонних
людей. Некоторые из них были в гротескных костюмах животных.
  Собрания проходили в длинном узком помещении с алтарем, на котором стояли
свечи. Священники служили мессу, возносили кроваво-красную гостию и читали
вслух святотатственную книгу, полную злобной клеветы на христианство.
  Затем участники сборища пировали (причем, как утверждает Мадлен, дважды на
стол подавали жареную человечину), после чего начиналась буйная оргия.
  Женщины отдавались священникам, а также духу покойного отца Давида.
  В своей лютой ненависти к христианству эти сатанисты доходили до предела.
  Они сжигали просфоры и лили на пол освященное вино. На одно такое собрание
кто-то принес маленькое распятие. К нему пригвоздили просфоры; участники
сборища били его ножами. В другой раз одна из женщин принесла своего
новорожденного ребенка, и его распяли живьем на деревянном кресте;
ручки и ножки младенца прибили к кресту гвоздями, на которые были насажены
освященные просфоры.
  Эти сборища продолжались до 1642 года. Затем Пикар умер, а у многих
монахинь начались истерические припадки и конвульсии, которые истолковали
как одержимость бесами. После долгого расследования, в 1647 году, Булле
был сожжен на костре. Вместе с ним сожгли эксгумированный труп Пикара.
  Мадлен Бавен умерла в тюрьме в том же году, в возрасте сорока лет, перед
этим совершив несколько попыток самоубийства.
  А спустя тридцать лет во Франции начался настоящий разгул сатанизма. С
1673 по 1680 год по обвинению в святотатстве было казнено по меньшей мере
пятьдесят священников; многие были заключены в тюрьму. Отца Даво обвинили
в том, что он служил черную мессу на теле обнаженной женщины, а также
использовал обычную мессу в чародейских целях, подкладывая под алтарный
покров записки с именами тех, кого желал совратить или убить. Отца Турне
обвинили в том, что он служил мессу на теле забеременевшей от него
девушки; он надеялся, что у нее случится выкидыш, но она умерла от страха.
  Отца Леменьяна приговорили к пожизненному заключению за то, что в ходе
черной мессы он убил двух детей и разрезал их тела на куски. Этого же
священника обвинили в служении мессы с целью найти клад. Отец Коттон,
окрестив некоего младенца в священном елее, задушил его и принес в жертву
Дьяволу. Отец Жерар при служении сатанинской мессы использовал в качестве
алтаря тело девушки и совокуплялся с нею в ходе церемонии.
  Многие из этих священников-сатанистов были арестованы по распоряжению
специального суда, учрежденного Людовиком XIV в 1679 году для
расследования нескольких случаев отравления французских аристократов.
  Заседания суда были закрытыми, а приговоры не подлежали обжалованию. Члены
суда собирались при свечах в помещении без окон, стены которого были
задрапированы черной тканью. Во главе этого "ChambreArdente" - "Пламенного
суда" - стоял Никола де ла Реми, комиссар полиции Парижа. В центре его
внимания очень быстро оказались не только отравители, но и колдуны. Даже
весьма скептически настроенные современные авторы обнаруживают в отчетах
де ла Реми значительную долю истины.
  Следственная работа сосредоточилась вокруг некой вдовы Катрин Деше,
известной под именем Ла Вуазен, которая была гадалкой и, как подозревали,
делала подпольные аборты. Вскоре стало ясно, что Ла Вуазен поставляет
дамам из высшего света яды и любовные зелья, а также устраивает по их
заказу черномагические ритуалы. При обыске в ее доме обнаружили своего
рода часовню. Стены этого помещения были задрапированы черной тканью, а за
алтарем висела черная занавеска с вышитым на ней белым крестом. На алтаре
лежал тюфяк, покрытый черной тканью; на тюфяке стояли белые свечи. В доме
также нашли печь, в которой, по-видимому, сжигали тела детей,
приносившихся в жертву во время черной мессы. Кроме того, обнаружилось
множество магических книг и свечей из человеческого жира (поставщиком
этого жира оказался палач, бывший одним из любовников Ла Вуазен). В
феврале 1680 года Ла Вуазен сожгли на костре, а в октябре того же года
король приостановил работу "Пламенного суда" - очевидно, из-за того, что
подозрения пали на королевскую фаворитку мадам де Монтеспан. Однако по
поручению короля де ла Реми втайне продолжал расследование вплоть до июня
1682 года.
  Очаровательная и прекрасная маркиза Франсуаза - Атенаис де Монтеспан (р.
1641) была фрейлиной королевы. В 1667 году она привлекла внимание Людовика
XIV - после того, как впервые прибегла к услугам Ла Вуазен. Маркиза желала,
чтобы король охладел и к королеве, и к своей тогдашней фаворитке, герцогине
де Лавальер. Она хотела стать его любовницей, а затем и супругой. Ла Вуазен
пригласила священника, отца Марьетта, который отслужил мессу в помощь