|
известный романист Будьвер-Литтон2; однако, судя по всему, в начале 1850-х
годов Леви являлся членом именно этого общества. Теория магии всегда
привлекала его больше, чем практика, и достоверно известно об его участии
только в одном магическом ритуале. Это был ритуал некромантии, хотя и
необычно возвышенный и чистый: в 1854 году в Лондоне Леви вызывал дух
языческого философа и мага Аполлония Тианского *.
Описание этой церемонии у Леви кажется поразительно простым и откровенным
по сравнению с обычным для него восторженным и напыщенным стилем. Провести
ритуал уговорила его некая таинственная женщина в черном, назвавшаяся
подругой "сэра В -L-". Леви готовился к церемонии в течение двадцати
одного дня, соблюдая пост и воздержание. (21 = 3 Х 7, а 3 и 7 - особо
могущественные магические числа.) Ритуал он совершал в одиночестве, без
свидетелей, в комнате с четырьмя вогнутыми зеркалами и алтарем,
установленным на свежей шкуре белого ягненка. На мраморной крышке алтаря
была вырезана пентаграмма (пятилучевая звезда), которую окружал для защиты
от злых сил магический круг - цепь из намагниченного железа. На алтаре
была установлена небольшая медная курильница с золой сожженных лавровых
листьев и древесиной миндального дерева. Еще одна курильница стояла сбоку
на треножнике. Леви облачился в белую одежду (белый цвет должен был
продемонстрировать чистоту его намерений и привлечь благие силы) и
возложил на голову венок из листьев вербены, перевитых золотой цепью. По
традиции, вербена обладает свойством отгонять демонов. В одной руке Леви
держал новый меч, а в другой - текст с описанием ритуала.
Леви зажег огонь в обеих курильницах, чтобы образовался дым - материал,
из которого дух создал бы для себя зримое тело, - и произнес нараспев
длинное и таинственное заклинание, призывающее дух из мира теней. "Демоны в
согласии поют Господу хвалу; и покидает их злоба и ярость... Кербер
открывает все три свои пасти, и огонь поет Господу хвалу тремя языками
молнии... душа возвращается в гробницы, магические светильники зажжены..."
Сначала он читал заклинание негромко и низким голосом, но затем голос его
становился все выше и громче. Дым начал клубиться и поплыл над алтарем.
Леви почудилось, что содрогнулась сама земля, и сердце его забилось
быстрее. Он подбросил еще топлива в огонь, пламя ярко вспыхнуло, и перед
алтарем появилась фигура человека; но спустя мгновение она растаяла в
воздухе и исчезла. Леви повторил заклинание. Зеркало перед алтарем стало
светлее, а затем из глубины его навстречу заклинателю двинулась фигура.
Закрыв глаза, Леви трижды повелел духу явиться. "Когда я снова открыл
глаза, передо мной стоял человек, с головы до ног закутанный в своего рода
саван - скорее серый, нежели белый; человек был тощ, угрюм и безбород".
Леви испугался и ощутил, как все его тело пронизывает неестественный
холод. Попытавшись заговорить с духом, он обнаружил, что не в состоянии
выговорить ни слова. Тогда он положил одну руку на защитную пентаграмму, а
острие меча, который держал в другой руке, направил на духа, мысленно
приказывая ему повиноваться. Фигура поблекла и снова исчезла. Леви велел
призраку вернуться. Нечто коснулось его руки, в которой он держал меч, и
рука онемела до локтя. Леви вынужден был опустить меч. Призрак тут же
появился снова, но Леви внезапно охватила слабость, и он упал в обморок.
Онемение и боль в руке прошли лишь через несколько дней. Призрак не
произнес ни слова, но в голове у Леви сами собой возникли ответы на два
вопроса, которые он намеревался задать духу. Ответами были слова "смерть"
и "мертвый". Сам Леви не верил в то, что явившийся ему призрак
действительно был духом Аполлония Тианского, и утверждал, что подготовка к
церемонии и сама церемония произвели на его разум и воображение опьяняющий
эффект, из-за чего вполне могла бы возникнуть обычная галлюцинация; но при
этом он был убежден, что видел нечто реальное и соприкасался с чем-то
вещественным. "Я не пытаюсь объяснить физические законы, которые позволили
мне видеть и осязать это; я утверждаю только то, что видел его отчетливо и
ясно, не во сне, а наяву, а этого довольно, чтобы подтвердить подлинную
действенность магических церемоний. ...Тем, кто намеревается посвятить
себя подобным опытам, я советую соблюдать величайшую осторожность: они
влекут за собой упадок сил и зачастую вызывают потрясение, грозящее
болезнью"*. Другой французский маг, Пьер Винтра, который был старше Леви
на несколько лет, объявил, что является реинкарнацией пророка Илии и снова
пришел в мир, дабы подготовить грядущее второе пришествие Иисуса Христа.
Он основал мистическую секту под названием "Дело милосердия", предметом
гордости которой была коллекция облаток для причастия, чудесным образом
отмеченных кровавыми знаками. Изучив метки на трех таких облатках, Леви
распознал в них следы Дьявола. Первый знак представлял собой перевернутую
пентаграмму - пятилучевую звезду, два луча которой обращены кверху, -
которая считается символом Сатаны: два направленных вверх луча
символизируют козлиные рога председателя шабаша. "Это козел сластолюбия,
пытающийся ударить Небо своими рогами. К этому знаку питают отвращение
посвященные высших ступеней, даже на Шабаше". Вторая метка оказалась
вывернутым наизнанку кадуцеем: головы и хвосты змей были обращены наружу,
а не внутрь, а над головами у них была начертана буква V. Как и все
перевернутые символы и символы Двоицы, это - эмблема зла. Третья облатка
была помечена перевернутым именем Иеговы на иврите. Это также символ
Дьявола, олицетворяющий извращение правильного порядка вещей: "Бога и Духа
нет; существует только Рок. Существует только материя, а дух - всего лишь
вымысел материи, утратившей разум"*.
|
|