16 мая 1928 года Уланова на сцене Ленинградского театра оперы и балета 
танцевала свой выпускной спектакль — «Шопениану» М. Фокина. Все 
присутствовавшие в зале знали, что этот спектакль — начало артистического пути 
юной балерины.
       29 декабря 1960 года Уланова тоже танцевала «Шопениану», и никто не знал,
 что это её последний спектакль. Между этими двумя «Шопенианами» — целая эпоха 
в истории хореографии, её золотая страница.
       Уланова ушла тайком, ушла со сцены в легенду. Но миф Улановой продолжает 
занимать критиков, любителей балета. Один из них писал: «Расцвет балета в XX 
веке в немалой степени вызван интересом современного искусства к глубинам 
психологии. Не потому ли величайшей балериной наших дней признана не самая 
виртуозная, не самая театральная, но самая чуткая к этому подспудному брожению 
души Уланова?»
      
 МАТЬ ТЕРЕЗА (АГНЕССА ГОНДЖА БОЯДЖИУ) 
      
       (1910—1997)
      Основательница и настоятельница католического Ордена милосердия (Индия, 
1950). В различных странах основывала школы, медицинские пункты, приюты для 
бедняков. Лауреат Нобелевской премии мира (1979). 
       
      «Господи Боже, да исполнимся мы достоинства служить братьям нашим, людям 
всего мира, живущим и умирающим в голоде и нищете. Дай же им, Господи, хлеб их 
насущный из наших рук, и любовь свою из наших душ, дай им радость и мир». Этой 
молитвой мать Тереза вместе со своими «миссионерками милосердия» начинала 
каждый день.
       Подвижничество, благотворительность, жертвование всегда вызывали в 
обществе боязливое уважение, продиктованное непониманием — если жизнь 
единственна и неповторима, то как же можно всю посвятить другим, да ещё и 
незнакомым людям. На самом деле, кому до сих пор не удавалось сравнить степень 
«счастливости» тех, кто каждый день трясётся от страха за своё будущее 
благополучие или сытость собственного чада, и тех, кто, «живя как птичка божия»,
 не имеет материальных благ и распределяет свои заботы между чужими людьми. 
Тревожась не об одном человеке, а о многих, подвижник оставляет своё сердце 
здоровым, ум ясным, а жизнь вполне осмысленной. Ему нет нужды просыпаться ночью 
от ужаса за судьбу покинувшего дом выросшего ребёнка или искать необычные замки 
для сундуков с барахлом. «Детей» у него — «тьмы и тьмы», а богатства и вовсе 
нету. И беспокоиться не о чём. И если захочется вам вспомнить хоть одну 
счастливую женщину, то не ошибётесь, назвав мать Терезу.
       Её принцип жизни был прост: каждый человек воплощает в себе Иисуса, а 
раз так, — то всякий имеет право на милосердие и любовь. Те, кто эту любовь 
получал от окружающих с лихвой, нашу героиню не интересовали, она обратила свой 
взор на тех, кто по собственной слабости оказался выброшенным обществом. 
Лейтмотивом её учения и подвижничества были слова Христа: «Так как вы сделали 
это одному из братьев Моих меньших, то сделали Мне». Служение обездоленным мать 
Тереза воспринимала как служение Иисусу. Одно дело, зажав от отвращения нос, 
обмывать бродягу с помойки, другое — вообразить, что твой подопечный — не 
простой пьяница, а Избранник высшей силы, которому нужно подарить тепло. Сразу 
забудешь о неприятных запахах, а жизнь обретёт ясный смысл. «И вот мы 
прикасаемся к Его телу, — учила мать Тереза своих подопечных миссионерок. — Вот 
голодный Христос, и мы его кормим; вот раздетый Христос, и мы его одеваем; вот 
бездомный Христос, и мы даём ему кров…» Словом, если любое, даже самое 
тягостное дело освятить любовью, оно из бремени превращается в радостную цель 
существования.
       Желание «разобраться» с абсурдностью мира, в котором бренные люди 
стремятся лишь к ублажению собственной плоти, появилось у девочки Агнессы в 
весьма юном возрасте. К двенадцати годам дочь албанского бакалейщика из города 
Скопье (Македония) уже знала, что она какимто образом должна посвятить свою 
жизнь Богу. Правда, сам путь служения — стать монахиней — вызывал у Агнессы 
страстный протест. Ей претило затворничество от людей за высокими стенами 
обители, а забота о спасении собственной души в тихих монастырских кельях 
казалась столь же эгоистичной, как и неусыпное бдение по охране собственного 
богатства. В восемнадцать лет она покинула тёплый, уютный, доброжелательный 
родительский дом и вступила в миссионерский орден «Лоретских сестёр». С тех пор 
её обителью становились уголки, где боль и страдания людей превышали привычный 
земной градус.
       Прожив некоторое время в Дублине, она приступила к послушничеству в 
Индии — стране, известной своей невероятной нищетой и бедностью. Поначалу мать 
Тереза почти двадцать лет с 1929 года преподавала географию в Калькуттском 
институте св. Марии. За это время она многого добилась «по официальной части» — 
стала директором института, возглавила индийский орден «Дочерей св. Анны» и 
даже воссоединила его с «Лоретскими сёстрами». Однако вся эта размеренная, 
пусть и аскетическая, без излишеств, жизнь казалась ей неполной, ненастоящей. И 
однажды, в 1948 году, директор, завершив успешно очередной учебный год, вместо 
заслуженного отпуска решила радикально изменить свой образ существования. По 
легенде, рассказываемой учениками матери Терезы, наша героиня услыхала «призыв» 
оставить свою должность и последовать за Иисусом в трущобы, чтобы служить ему 
через беднейших, и приняла этот «призыв» без колебаний. Впрочем, другого, 
«нечудесного», объяснения внезапного вступления на дорогу подвижничества трудно 
ожидать от верных апостолов матери Терезы.