он был свергнут. Регент был арестован и отправлен в Шлиссельбургскую крепость, 
где провел шесть месяцев в ожидании приговора. Обвиненный между прочими 
злодеяниями в том, что покушался на жизнь покойной императрицы, заставив ее 
поехать верхом в скверную погоду, Бирон 8 апреля 1741 года был приговорен к 
смертной казни путем четвертования. Манифестом от 15 апреля казнь была заменена 
пожизненной ссылкой. Местом ссылки определили Пелым, сибирскую деревню, за три 
тысячи верст от Петербурга.
      В деревушке наскоро выстроили дом в четыре комнаты, обнесенный высоким 
забором. С бывшим регентом обращались совсем неплохо: ему дали содержание 15 
рублей в день и оставили штат прислуги – два лакея, два повара, негритянка и 
горничная турчанка. Но все имущество его было конфисковано.
      Первое время родные беспокоились о здоровье герцога Курляндского. Его 
настроение менялось от полной апатии до припадков бешенства. Наконец он 
серьезно захворал. В начале 1742 года на престол взошла Елизавета, что 
приободрило его и вернуло надежду. Действительно, вскоре курьер Сената привез 
ему весть о свободе и о пожаловании ему имения Вартемберг. Бирон выехал в 
Курляндию, но по дороге был остановлен приказом поселиться в Ярославле. Бывший 
регент жил на берегу Волги, в доме с чудным садом. Из Петербурга ему прислали 
библиотеку, мебель, посуду, лошадей и ружья, с позволением охотиться не далее 
двадцати верст от города.
      В 1762 году Петр III, став императором, вернул Бирона ко двору, возвратил 
ему остатки его состояния, но объявил, что отдает Курляндию своему дяде Георгу 
Людвигу Голштинскому. Бывший регент должен был отречься в пользу этого принца, 
но в это время власть Петра III перешла к его жене, а она, заботясь об 
интересах России, послала в Курляндию Бирона. Он, став герцогом по капризу 
русского правительства и согласию армии, казался наиболее подходящим кандидатом.
 Екатерина велела ему ехать в Митаву, куда он прибыл 14 (25) января 1763 года. 
Русский резидент Симолин пригрозил гражданам военным судом, если герцога не 
примут с должными почестями, и 10 (21) февраля сейм признал законность прав 
герцога.
      В 1769 году герцог отрекся в пользу своего сына Петра и умер через три 
года.
      
АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВИЧ СУХОВОКОБЫЛИН 
(1817–1903)
      
      Русский драматург, почетный академик АН (1902). Автор драматической 
трилогии «Свадьба Кречинского» (поставлена 1855), «Дело» (1861) и «Смерть 
Тарелкина» (1869). Занимался философией, переводил Гегеля, писал собственную 
«философию Всемира». 
      
      Вознамерившись на склоне лет написать краткую автобиографию, Александр 
Васильевич СуховоКобылин начал ее с утверждения, что «принадлежит к одному из 
древнейших родов русского дворянства».
      Кобылины вели свое происхождение от боярина Андрея Кобылы, родоначальника 
царской династии Романовых. В имени СуховоКобылиных – Кобылинке, Мценского 
уезда, Тульской губернии, сберегались семейные реликвии, свидетельствовавшие о 
том, что предки писателя по отцовской линии играли значительную роль еще при 
дворе Ивана Грозного.
      Четырнадцати лет, как явствует из набросков плана задуманных, но так и не 
написанных СуховоКобылиным воспоминаний, он пробовал свои силы в области 
поэзии и в переводах с французского. Позднее, в Германии, «было написано 
несколько стихотворений понемецки, из которых одно было положено на музыку 
одним товарищем по университету Гефштетером и напечатано было с музыкой в 
Гейдельберге».
      Александр СуховоКобылин в отрочестве и юности не избежал и общего для 
всей семьи увлечения театром. В набросках плана мемуаров упомянуты «посещения 
оперы в Москве», в детские годы.
      Когда Александр, подростком и юношей, мог уже посещать московские театры, 
на сцене Малого театра часто шли комедии Мольера, состоялись премьеры «Горе от 
ума» и «Ревизора», «Игроков» и «Женитьбы». Будущий русский комедиограф рано 
приобщился к драматическому искусству.
      Окончив Московский университет, А.В. СуховоКобылин «по желанию родителей 
выехал в Германию в Гейдельбергский университет для дальнейших занятий по 
философии». Четыре года (1838–1842) провел в Гейдельберге и Берлине, где 
«увлекся гегелевской философией». Занятия философией всецело поглощали тогда 
юного СуховоКобылина, и впоследствии он вспоминал, что вел «совершенно 
уединенную и аскетическую жизнь» в Берлине. Он оказался в числе тех «наших 
соотечественников», которые, по выражению А.И. Герцена, «стояли в умилении… 
даже перед Вердером и Руге, этими великими бездарностями гегелизма». Кстати, 
именно Карл Вердер читал в те годы лекции в Берлине и, видимо, прямо был 
повинен в том увлечении гегельянством, которое сопутствовало СуховоКобылину до 
последних лет его жизни.
      В годы юности среди друзей СуховоКобылина были светские повесы князья 
Лев и Сергей Гагарины, авантюрист, игрок и кутила Николай Голохвастов, граф 
Строганов, князь Лобанов, князь ЛьвовЗембулатов, братья Черкасские и другие 
отпрыски известных дворянских семейств, на разный манер прожигавшие жизнь. 
Вместе с ними «блистал» в свете и Александр СуховоКобылин. Сохранились 
сведения, что в 1834 году СуховоКобылин занял первое место в скачках на приз 
охотников, что он посвящал много времени светским балам, любовным похождениям.