«Танец подёнок» (подёнки — мотыльки) поступил во 2е творческое объединение 
киностудии «Мосфильм» осенью 1986 года. Это был своеобразный вестерн на тему 
сталинских лагерей. Позже сценарий переименуют в «Ближнюю историю», а фильм 
будет называться «Холодное лето пятьдесят третьего…».
       30 октября Главная сценарноредакционная коллегия объединения одобрила 
сценарий, а через несколько недель был найден режиссёр — Александр Прошкин, 
известный зрителям по многосерийному телефильму «Михайло Ломоносов».
       Консультантами картины стали два ветерана МВД, которые в своё время 
занимались реабилитацией. Кроме того, со многими людьми, отбывшими срок в то 
время, Прошкин был лично знаком.
       1 марта 1987 года фильм «Холодное лето пятьдесят третьего…» был запущен 
в подготовительный период.
       На роль инженера Николая Павловича Старобогатова по прозвищу Копалыч 
пробовались многие известные актёры, в том числе Георгий Юматов и Вацлав 
Дворжецкий. Однако в споре победил актёр из Белоруссии Г. Гарбук, но потом 
возникла кандидатура Анатолия Папанова.
       Папанову, к счастью, не довелось испытать ужасы сталинских лагерей, но 
был и у него опыт. По ложному доносу он провёл девять дней под арестом. Его 
отпустили. Хотя тогда фактически ходатайств о помиловании и взятии на поруки не 
принимали.
       Друзья актёра отговаривали его от съёмок в «Холодном лете…», считали, 
что он и так сверх меры загружен в театре, в ГИТИСе. Однако Папанов им ответил: 
«Меня эта тема волнует — я в ней многое могу сказать!»
       На роль Сергея Петровича Басаргина по прозвищу Лузга был приглашён 
столичный актёр Валерий Приёмыхов. Лузга — бывший разведчик, всего лишь на день 
попавший в плен к немцам и за это угодивший в лагерь. Трагедия целой эпохи 
отразилась в образе политического ссыльного. Приёмыхов сыграл эту роль с 
пронзительной болью, на высокой ноте человечности.
       «Во мне до сих пор очень сильны воспоминания детства», — говорил Валерий 
Приёмыхов. — Родом я с Амура, из Благовещенска (родители живут там по сей день),
 и мне, мальчишке послевоенной поры, довелось близко видеть политзаключённых: 
они оставались в наших краях на поселение. Отец — железнодорожник, поэтому мы 
немало колесили по Дальнему Востоку. В Свободном, по соседству с нами, жила 
семья ссыльного москвича: он отсидел, как тогда говорили, «четвертак» — по 
стечению обстоятельств, ни в чём не виноватый. Преступники в романах 
Достоевского осознавали свою вину, их мучила совесть, а этому человеку нечего 
было осознавать, кроме несправедливости по отношению к нему. Но он не 
демонстрировал свои душевные раны, хотя в лагере уголовникам жилось куда легче, 
чем политзаключённым».
       Валерий Приёмыхов сначала побаивался: совместится ли он в картине с 
Папановым? Народный артист, опытнейший мастер, он мог и не принять его как 
партнёра. Но все сомнения развеялись в первый же съёмочный день. Многогранный 
художник и человек, Анатолий Дмитриевич был предельно скромен и тактичен…
       Съёмки фильма проходили в Карелии, в 180 километрах от Петрозаводска, в 
довольно глухой деревне, расположенной на полуострове. Вот что рассказывает об 
этих съёмках режиссёр Александр Прошкин: «Неделю мы работали нормально. Жители 
нам по мере сил помогали. И никаких неожиданностей не предвиделось, поскольку 
деревня изолирована с трех сторон водой. Через неделю наступает первый 
съёмочный день Анатолия Папанова. Он приехал вовремя, начинаем снимать, и… 
Ничего не могу понять: куда ни направим камеру, в видоискатель лезут 
посторонние лодки. Много моторок. И все движутся в нашем направлении. А какие 
могут быть моторки в пятьдесят третьем году? Стреляем из ракетницы, кричим 
против ветра в рупор — бесполезно: со всех сторон на нас несутся моторные лодки.
 Приближаются, причаливают, и мы видим: в каждом судёнышке по дватри ребёнка с 
дедом или бабкой, в руках у каждого ребёнка почемуто книжка или тетрадка. И 
все, оказывается, приехали на встречу с „Дедушкой Волком“. Мы сдались и 
прервали съёмки. Правда, киношная администрация в свойственной ей суровой 
манере попыталась применить „прессинг по всему полю“, но вмешался Анатолий 
Дмитриевич: „Что вы, что вы! Давайте лучше соберёмся както вместе!“ Собрались, 
рассадили детей. Он каждому чтото написал, для каждого нашёл свои слова. Я 
наблюдал эту сцену, забыв о дорогой цене сорванного съёмочного дня. Видел по 
лицам этих детишек, что они на всю жизнь запомнят встречу с человеком 
бесконечно доброго сердца…»
       Последняя роль Папанова несла элемент личного, пережитого. Его героя из 
«Холодного лета пятьдесят третьего…» зовут Копалычем. Много копал в лагере. До 
войны он работал главным инженером крупного завода, знал наркома Серго 
Орджоникидзе. Это обстоятельство и привело его к аресту. Жене и сыну сказали, 
что он «враг народа». Его лишили права переписки, он пропал для всех. А в июле 
1953го Копалыч оказался уже на поселении, пять лет он должен был жить под 
надзором участкового милиционера.
       Папанов показывает, как в оклеветанном Копалыче не угасла надежда ещё 
поработать на воле, не загублен человек. Узнав об аресте Берии, он взволнованно 
шепчет: «Я знал! Я знал, что это чудовищная ошибка!..»
       И вот уже нет на экране униженного Копалыча. К нему возвращается доброе 
имя — Николай Старобогатов. Человек распрямляется! Но ему ещё предстоят новые 
испытания.
       …Спустя несколько лет после реабилитации в московское жилище бывшего 
инженера Старобогатова приходит лишь один Басаргин, чтобы сообщить семье 
погибшего товарища правду — тот никогда не был «врагом народа».
       В картине «Холодное лето…» уголовные преступники показаны в кровавом