распорядком: хождением на работу, семейными неурядицами, встречами с любовницей,
 беготнёй, разговорами и недомолвками. Нормальная жизнь. Вот только герой имеет 
странную привычку летать во сне, о которой все знают, но в которую никто не 
верит…
       «Макарова в нашем фильме должен был играть Никита Михалков, — 
рассказывает Роман Балаян. — Сценарий Виктор Мережко писал именно с таким 
прицелом. Никита Сергеевич уже знал, что в августе должны начаться съёмки… И я 
в секунду предал своего друга Михалкова!
       Всё случилось в одно неожиданное мгновение. Я увидел по телевизору фильм 
Татьяны Лиозновой «Мы, нижеподписавшиеся…» с участием Олега Янковского. Я 
засмотрелся на то, как он режет лимон. Просто режет лимон… Я не знал сюжета 
картины, смотреть стал откудато с середины. Но мне вдруг увиделось чтото 
двусмысленное в таком незамысловатом как будто действии артиста. Я почувствовал,
 что за его героем стоит очень многое, неоднозначное, что этот человек двулик, 
неверен… Больше того, по его лицу не видно, какой он человек. Никто заранее не 
знает, не в состоянии определить, плохой он или хороший. Его взгляд, я убеждён, 
способен выразить немыслимую амплитуду: от мерзавца до Христа. Такая сложность 
меня устраивает».
       А Никита Михалков сыграл в «Полётах…» самого себя, то есть режиссёра. В 
одном из эпизодов его герой вынужден оторваться от дел, чтобы вытолкать 
Макарова за пределы освещённой юпитерами съёмочной площадки. Герой Янковского 
после встречи с Михалковым демонстративно перепрыгивает через ленточку.
       «Мы это совершенно случайно придумали на втором дубле, — вспоминает 
Балаян. — Олег ходил по площадке, и я ему сказал: „Прыгни, оп!“ В этом прыжке 
был для его героя как бы порыв несения, утверждения личности, ощущения 
собственной неповторимости. Только что он столкнулся с сильным человеком в лице 
режиссёра на съёмочной площадке, чтото понял про него, про себя. Но ведь жизнь 
продолжается, существуют другие люди, варианты отношений, и в любом случае надо 
во что бы то ни стало сохранить себя».
       Роман Балаян очень точно подобрал актёров на все роли.
       Начальника Макарова сыграл Олег Табаков. В фильме он предстаёт в образе 
умилительного обывателя, который поёт песню своей молодости про синий 
троллейбус. У него жена, двое детей, втайне же он влюблён в свою сотрудницу 
Ларису Юрьевну. Герой Табакова — искренний, непосредственный, честный человек, 
в котором, однако, чтото не получилось…
       Людмила Гурченко сыграла роль некогда любимой и ныне брошенной героем 
Ларисы Юрьевны. Ещё в расцвете лет, привлекательная, незамужняя чертёжница (или 
инженер) одета словно кинозвезда, имеет личные "Жигули», богатую квартиру и 
запросто ссуживает Сергея деньгами.
       В роли любовницы Макарова весьма эффектно выглядит московская школьница 
Е. Костина. Её героиня годится Сергею в дочери, что, однако, ни её, ни его не 
смущает. Хуже то, что их «застукала» жена Сергея Наташа. Усмехаясь, Макаров 
произносит: «Вот сидят две женщины, одинаково для меня близкие, одинаково 
дорогие, но с одной меня не связывает ничего, кроме долга, с другой все, кроме 
долга. Вот, спрашивается, что же делать бедному Ереме? Бабоньки, милые, дорогие,
 через три дня сорок лет, дурак дураком, к кому из вас прислониться?»
       Алиса советует ему прислониться к телеграфному столбу и в сердцах 
убегает. Наташа — её роль прекрасно сыграла Л. Зорина — отбирает у Сергея ключи 
от дома, что его не слишком огорчает.
       «Все наши придумки, импровизации начинались от главного героя, — 
замечает Балаян. — Видимо, сразу, подспудно я искал оппонента для Макарова. 
Того, кто унизит его в присутствии Алисы и других. Это был молодой человек, без 
капли инфантильности, презирающий Макарова, в частности, и за инфантильность, 
такую нелепую в сорокалетнем человеке».
       И появился молоденький паренёк в эпизоде, где Макаров попадает в ателье 
известного скульптора (А. Адабашьян) со своей подружкой Алисой. У героя Олега 
Меньшикова нет ни имени, ни фамилии, ни профессии, ни дома. В титрах он назван 
как бы чуть небрежно: «друг Алисы». Типажность актёра точно легла на маленькую 
эпизодическую роль, которую он укрупнил. Сделал заметной и очень органичной в 
течение картины. При том, что Балаян абсолютно искренне вспоминает о спонтанном 
появлении Меньшикова в «Полётах во сне и наяву», о том, что прежде всего им 
руководило просто желание снова поработать с полюбившимся ему молодым артистом…
       Олег Янковский снимался одновременно в фильме «Влюблён по собственному 
желанию» у Микаэляна. Артист рассказывал: «Для меня это были две ипостаси одной 
роли. Про себя я ту свою жизнь называл „Бермудский треугольник“. Я разрывался 
между городом Владимиром (Балаян). Подмосковьем (Микаэлян) и Москвой (театр). 
Вечером я за рулём во Владимир, на рассвете в Москву. Я спал по 3—4 часа в 
сутки. Но был на подъёме, сильнейший импульс давало то, что нравилось работать, 
роли нравились. Исповедь. Искренность. Доброта».
       Кульминация «Полётов…» — сорокалетие героя, день рождения, который едва 
не стал днём смерти. Режиссёр устраивает карнавальношутовское действо, большой 
эпилог, где сошлись почти все персонажи фильма.
       Финал фильма — в отличие от сценария Мережко, в котором герой погибал, — 
принципиален. Олег Янковский всё время, даже годы спустя, мысленно возвращается 
к Макарову, едва ли не в каждом своём интервью:
       «Помните „Полёты во сне и наяву“ — когда бежит с факелом взрослый 
человек, когда мой герой зарывается в сено и застывает в эмбриональном 
положении? От безысходности, от пустоты. Это было отражением состояния большого 
числа интеллигентных людей. Умных, образованных, но неприкаянных, 
растрачивающих себя попусту. Рефлексия. Есть такое определение: лишний человек.