Вскоре за первым последовал и второй удар, и Тимофей Саввич скончался. Есть 
предание, что второй удар хватил его, когда он стоял на коленях перед киотом, 
замаливая свои грехи.

Вдова, Мария Федоровна, пережила его на два десятилетия. Из сыновей она любила 
Сергея, а Саввой — гордилась, хотя виду и не подавала.
После смерти мужа она стала главной пайщицей Никольской мануфактуры, поэтому 
пыталась держать все под своим контролем, ведь Савва
Тимофеевич был человеком увлекающимся: «Дай ему размахнуться во
всю ширь морозовской натуры, он и в долги залезет, не ровен час».

360 100 ВЕЛИКИХ ДИНАСТИЙ

У молодой семьи дела шли успешно: пока Савва Тимофеевич работал на фабрике и 
организовывал всевозможные выставки, Зинаида
Григорьевна организовывала благотворительные балы и базары, заводила «полезные 
знакомства» и вела светскую жизнь, что способствовало росту авторитета 
Морозовых и Никольской мануфактуры в высших кругах.

Савва Тимофеевич открывал в 1896 году Нижегородскую Всероссийскую выставку, был 
председателем Нижегородского выставочного комитета, ему, тридцатипятилетнему, 
доверили возглавлять один из ответственнейших отделов на выставке — показ 
изделий из волокнистых веществ.
Занимался Морозов на выставке и ублажением верховных лиц государства: хлеб-соль 
государю императору на открытии подносил, на обеде в
честь главного устроителя выставки С.Ю. Витте похвальные слова говорил... За 
все это и был прозван нижегородским журналистом М. Горьким
«купеческим воеводой».

Еще в студенческие годы подружился с писателем Александром Валентиновичем 
Амфитеатровым и Сергеем Львовичем Толстым, с детства
он был знаком с Костей Алексеевым, взявшим псевдоним Станиславский. Отличаясь 
эрудицией и широтой кругозора, Савва Морозов находил
время не только для работы: он с удовольствием читал Некрасова и 
Салтыкова-Щедрина, Чехова, Бунина, Леонида Андреева, Горького. Достоевского и 
Толстого считал русскими гениями, а Пушкина — мировым
гением, наизусть знал многие пушкинские стихи и «Евгения Онегина»,
при случае он начинал цитировать знаменитые строки и не останавливался до тех 
пор, пока не закончит главу.

В общем, не чужд был промышленник Морозов искусству. Поэтому,
когда к нему за материальной помощью обратились Станиславский и
Немирович-Данченко, задумавшие открыть новый драматический театр,
Савва Тимофеевич мгновенно согласился. Для начала он выделил организаторам 10 
000 рублей, а потом принимал деятельное участие в ремонте здания в Камергерском 
переулке, в которое позже переехал Московский Художественный театр.

Здесь-то и встретился он впервые лично с писателем Максимом Горьким, с которым 
быстро и надолго подружился. Савва Морозов принимал
активное участие в продвижении пьесы писателя «На дне» через цензурные преграды.


Зинаиде Григорьевне, которая предпочитала знакомства с титулованными особами, 
приходилось принимать и друзей мужа — артистов, художников, писателей. Но их 
вкусы часто расходились. Она высоко отзывалась о творчестве М. Горького, но как 
Алексея Пешкова его не любила
и считала, но мужу незачем знаться с поднадзорным писателем.

А Савва Тимофеевич все больше проникался идеями демократизации.
Он часто встречался с революционерами, например, с Бабушкиным и
Бауманом, у него на предприятии работал член ЦК большевиков
Л.Б. Красин. Морозов помогал движению большевиков и деньгами, в частности на 
его средства издавалась газета «Искра».

МОРОЗОВЫ

361

Человек увлекающийся, Морозов поддался идее переустройства государства. После 
событий 9 января 1905 года он даже написал докладную
записку в комитет министров, озаглавив ее так: «О причинах забастовочного 
движения. Требования введения демократических свобод в России».
В ней Савва Тимофеевич подробно рассмотрел ситуацию, в которой оказалась Россия,
 исследовал причины забастовок — экономические и политические — и предложил 
способы их устранения, которые потребовали
бы пересмотра всей существующей законодательной системы.

Прежде чем дать ход этой докладной записке, ее нужно было сначала
обсудить в кругу пайщиков Никольской мануфактуры, потом среди московских 
промышленников. Пайщики записку не одобрили, более того,