Требуются какието особые слова, чтобы высказать восхищение главной 
ареной. С дальних дистанций покоряет фронтальная четкость композиционного 
построения, особая гармоничность, даже какаято музыкальность ее архитектурного 
разрешения. По мере приближения все активнее начинают работать ракурсы, эффекты 
скругленности объема, перспективные сокращения вверх и вбок, которые при 
непосредственном подходе – ввиду грандиозных собственно физических размеров – 
приобретают какуюто поистине драматическую силу поворотов и столкновения 
крупных и мелко разработанных форм, вертикальных и горизонтальных мотивов.
      Наиболее яркие примеры классической линии Посохина последнего периода – 
это проекты посольства СССР в Мадриде и здания Академии художеств СССР в Москве.

      Проект для Мадрида с его вольно трактованной и в то же время явно 
восходящей к классическим прообразам архитектурой, с его общей схемой 
построения композиции и точными пропорциями, «граненой» поверхностью стен и их 
деталировкой, ассоциирующейся с многими традиционными мотивами – от ордерных 
опор до заглубленных «замковых камней» над изящными арками в прямоугольных 
нишах, – вся эта архитектура, намеренно упрощенная и, тем не менее, безошибочно 
узнаваемая в своей классической первооснове.
      Новый шаг вперед Посохину удалось сделать в проекте комплекса Академии 
общественных наук (1972–1988). Это действительно шаг вперед в разработке на 
нашей почве новых возможностей новой архитектуры. Композиция построена на 
резком, контрастно акцентированном сочетании распластанной четырехэтажной 
огромной по площади и квадратной в плане зоны учебного назначения и 
размещенного за ней разноэтажного куста подчеркнуто устремленных ввысь корпусов 
аспирантских общежитий – скомпонованных крестообразно в плане и как бы 
врезанных друг в друга параллелепипедов. Архитектура комплекса напряженно живет,
 вроде бы даже движется. Весь этот буквально трепещущий вертикализм, 
напрягающийся по мере ухода в высоту и как бы растворяющийся в воздухе в 
венчаниях объемов, неожиданно перекликается с мотивами высотного дома на 
площади Восстания.
      Михаил Васильевич Посохин увлекался также рисунком и живописью. Хорошо 
владея разнообразными графическими средствами, он создал галерею интересных 
рисунков и акварелей. Это наброски в путевых альбомах, всегда сопровождающих 
его в поездках по стране и за рубежом. Уверенными, быстрыми штрихами они 
передают живое впечатление от виденного и убедительно воссоздают неповторимый 
облик старых русских городов, памятников отечественного и мирового зодчества.
      Есть несомненная связь между творчеством Посохина – архитектора и 
художника. Стремясь отчетливее донести до зрителя идейный смысл своих 
сооружений, он часто обращался к синтезу архитектуры и изобразительных искусств.
 При этом силу эмоционального воздействия этих искусств он видел не в 
количественном увеличении их элементов, а в самом приеме включения этих 
элементов в композицию, в их взаимодействии с общим архитектурным замыслом.
      Логичным продолжением творчества Посохина была педагогическая 
деятельность и выступления в печати. В течение ряда лет он вел архитектурное 
проектирование в Московском архитектурном институте.
      Работая над очередной архитектурной темой, Посохин стремился теоретически 
осмыслить связанные с ней задачи, обобщить свой конкретный опыт и познакомить с 
ним широкую общественность. Этот постоянный критический анализ сделанного 
является неотъемлемой частью его творческого метода. Обобщающим трудом, в 
котором мастер наиболее полно излагает свое творческое кредо, является книга 
«Город для человека». Красной нитью в книге проходит мысль о многогранности 
понятия архитектуры, о том, что нет «искусства, в большей степени объединяющего 
успехи многих отраслей знаний, чем архитектура».
      Михаил Васильевич Посохин умер 22 января 1989 года.
      
ЭЭРО СААРИНЕН 
(1910–1961)
      
      Ээро Сааринен – один из крупнейших архитекторов США послевоенного времени 
– родился 20 августа 1910 года в Киркконумми, в Финляндии. Его отцом был 
знаменитый финский архитектор Элиэл Сааринен. В 1923 году семья Сааринена 
переехала в Соединенные Штаты Америки, и фактически формирование творческой 
индивидуальности Ээро происходило в этой стране.
      Уже с юных лет отец привлекал Ээро к проектированию. Его мать была 
скульптором, и в душе мальчика с детства шла борьба между влечениями к 
архитектуре и к скульптуре. Он решает стать скульптором и в 1929 году едет 
учиться в Париж. Через год Ээро меняет решение, возвращается в США и поступает 
на архитектурный факультет Йельского университета. Однако увлечение скульптурой 
оказало в дальнейшем значительное влияние на подход Сааринена к вопросам 
формообразования.
      В 1934 году после окончания университета Сааринен на два года уезжает в 
Европу, где знакомится с новейшими архитектурными направлениями.
      Воспитанный на эклектической архитектуре США, на фоне которой творческие 
принципы его отца казались вершиной новаторства, Сааринен открывает для себя в 
европейской архитектуре новые пути. В США он возвращается убежденным 
сторонником функционализма, который во второй половине 1930х годов начинает 
постепенно все больше влиять на американскую архитектуру.
      Однако, работая в мастерской отца, Ээро был вынужден учитывать общую 
творческую направленность выходящих из мастерской проектов. Все созданные им 
совместно с отцом произведения несут на себе отпечаток творческого кредо