ФИЛИП ДЖОНСОН 
(1906–2005)
      
      А. Мендини назвал Филипа Джонсона «последним архитектором эпохи мастеров 
и первым – эпохи без мастеров». Сам Джонсон называет себя поразному. Он и 
современный архитектор, и постмодернист, и функциональный модернист, и 
структурный классицист, и функциональный эклектик – это делается не без 
кокетства. Но парадокс в том, что при всем «наигрыше» каждое из подобных 
определений справедливо, ибо как архитектор он на своем веку был разным. Не 
случайно он писал о своих «двенадцати поворотах на пути современной 
архитектуры». И таким же разным он остается в наше время.
      Филип Кортелион Джонсон родился 8 июля 1906 года в Кливленде, штат Огайо, 
в семье видного юриста. Он получил образование в Гарвардском университете, 
изучая классическую филологию. В 1932 году Джонсона назначили на должность 
директора департамента архитектуры Музея современного искусства в НьюЙорке. 
Под влиянием директора музея А. Барра он из филологаклассика превратился, по 
его собственному выражению, в «бюро по пропаганде» того архитектурного явления, 
которое они втроем с архитектурным критиком Г.Р. Хичкоком окрестили 
«интернациональным стилем». Джонсон вместе с Хичкоком выпустил книгу, в которой 
впервые были сформулированы черты «интернационального стиля».
      Пропагандистская деятельность пробудила у Джонсона интерес к 
архитектурному творчеству. Поэтому в 1940 году он снова поступил в Гарвардский 
университет, чтобы под руководством Марселя Брейера получить подготовку 
архитектора и целиком посвятить себя этой профессии. В 1943 году он окончил 
архитектурный факультет университета.
      После Второй мировой войны, в конце которой Джонсон служил в американской 
армии, он возвратился в ньюйоркский Музей современного искусства. Здесь он 
работал до 1954 года. В 1947 году Филип Джонсон выпустил монографию о 
творчестве Миса ван дер Роэ. Именно творчество Миса вдохновляло Джонсона на 
архитектурном поприще.
      Первые собственные сооружения Джонсона и по общему замыслу, и в деталях 
можно принять за разработки идей или неосуществленных проектов его знаменитого 
учителя. К этому времени Мис ван дер Роэ уже в течение шести лет работает над 
одним из своих программных сооружений – домом Фэрнсуорт – стеклянным объемом, 
заключенным между двумя плоскостями перекрытий, поднятыми над землей на восьми 
столбах. Под впечатлением этого сооружения Джонсон в 1949 году строит 
собственный «Стеклянный дом» в НьюКанаане.
      Для Джонсона, еще не уверенного в своих силах, пожалуй, стало 
неожиданностью то, что «Стеклянный дом» сразу нашел отзвук у архитектурной 
критики. В последующие годы он проектирует главным образом индивидуальные 
загородные жилые дома.
      В 1956 году в работах у Джонсона появляются явные признаки освобождения 
от влияния творчества Мис ван дер Роэ. В этом году он строит дом Боссона, 
который автор считает своим лучшим произведением этого типа. Черты 
традиционного японского дома переплетаются здесь с приемами композиции 
итальянских вилл. И уже ничего здесь не остается от единого замкнутого 
«универсального пространства» Миса.
      Постепенно от индивидуальных жилых домов Джонсон переходит к 
проектированию крупных зданий и комплексов. Первым серьезным шагом на этом пути 
была синагога в ПортЧестере, штат НьюЙорк (1956). Ее четкий каркас, такой же, 
как у «Стеклянного дома», заполнен глухими стандартными белыми блоками, что 
придает зданию черты замкнутости и статичности. Пластическим контрастом 
основному объему служит овальный необарочный объем вестибюля. Как видно, 
синагога – продукт использования идей не только современников, но и результат 
обращения к приемам барокко и классицизма.
      По мнению исследователей, его следующий проект – университет Св. Томаса в 
Хьюстоне (1957) – это смесь «промышленного классицизма» Миса с «романтическим 
классицизмом» прошлого столетия.
      Музей Вильяма Проктора в Ютике (1956–1960) рассматривается как последний 
«мисовский» проект Джонсона. Музей в Ютике консервативен и статичен и по 
внешнему решению образа. В нем проступают черты неоклассицизма нашего времени, 
которые станут определяющими для многих последующих произведений второго 
периода творчества архитектора.
      В эти годы Джонсон начал отходить от принципов своего учителя. Как ни 
странно, этот процесс ускорила их совместная работа над проектом высотного 
здания Сигрэм в НьюЙорке. Влияние идей самого Миса было здесь подавляющим. 
Самостоятельным вкладом Джонсона была лишь отделка ресторана «Четыре времени 
года». В остальном же учитель подавил своего ученика. И это понятно: в здании 
Сигрэм суммировался огромный опыт мастера, оно явилось мощным аккордом в 
длительной целеустремленной эволюции Миса ван дер Роэ. Но это было уже не 
начало, а конец пути. И Джонсон, подразумевая, очевидно, определенный этап 
развития, был посвоему прав, заявив, что здание Сигрэм олицетворяет для него 
конец современной архитектуры.
      Дальнейшая эволюция архитектора Джонсона не была бурной. Произведения 
Джонсона этого периода свидетельствуют о все более настойчивых экскурсах в 
прошлое. Однако как ни необычны становились потом их формы, их всегда отличала 
четкость и уравновешенность плана, монументальность и выразительность объема, 
тщательность отделки и другие черты, унаследованные от Миса ван дер Роэ.
      «Церковь без крыши» в НьюХармони и ядерный реактор в Реховоте, 
законченные в 1960 году, продемонстрировали начало нового этапа творчества