первый дом для родителей. В 1923 году, окончив институт, он стал архитектором.
      Начало его творчества не было обещающим. В Ювяскюле и Турку он создал 
несколько построек, скупая форма которых типична для скандинавского варианта 
неоклассицизма, тяжеловесного и строгого. Эти работы говорят о необычной для 
молодого архитектора профессиональной зрелости, но не о самостоятельности 
таланта.
      В 1928 году в Турку Аалто открыл собственную контору. В это же время он 
спроектировал свой первый большой жилой массив для сельскохозяйственного 
кооператива, включающий конторы, квартиры и театр на 600 мест.
      Затем в 1928–1930 годах Аалто спроектировал и построил здание типографии 
для газеты «Турунсаномат» в Турку. Это первое крупное здание мастера, которое 
стало известно за пределами Финляндии. Здесь уже можно видеть сочетание 
западных методов конструкции с его собственным своеобразным художественным 
языком: железобетонный каркас, терраса на плоской крыше и «грибовидный» потолок 
в глубоком подвальном помещении, где помещается печатная машина.
      Вскоре здание туберкулезного санатория в Паймио выдвинуло Аалто в первые 
ряды архитекторов современности. Обычно сегодня называются три общественных 
здания, неразрывно связанных с прогрессом современной архитектуры: Баухауз в 
Дессау Вальтера Гропиуса, проект Дворца Лиги Наций в Женеве Ле Корбюзье и 
санаторий в Паймио Алваро Аалто (1929–1933).
      Этот санаторий для больных туберкулезом, расположенный в югозападной 
части Финляндии, недалеко от древней столицы Турку, рассчитан на 290 коек. Его 
доминанта – шестиэтажное здание клиники, образующее непрерывную линию, обращено 
на югоюгозапад. Здание солярия с консольными балконами примыкает к нему под 
большим углом.
      Обычно в туберкулезных санаториях каждая палата имеет балкон, чтобы 
больной мог сразу выйти на воздух. В санатории в Паймио палаты стационара 
умышленно не соединены с балконами солярия, что врачи рассматривают как 
лечебный фактор. В точке пересечения главного здания с зоной отдыха Аалто 
создает навес волнообразной формы. Чтобы смягчить впечатление от бетонных 
плоскостей вдоль балконов, на них устроены цветочницы.
      От главного здания лучами расходятся в стороны многоэтажные здания 
амбулатории и административнохозяйственного корпуса. На некотором расстоянии 
свободно расположены дома для врачей и служащих, а еще дальше – блок кухни, 
прачечная и подстанция.
      Новые аспекты этого комплекса обогащают концепцию «пространство – время». 
Каждая стена существует самостоятельно и разработана в соответствии с функцией 
находящейся за ней комнат, но все они смоделированы в соответствии со строго 
скульптурным единым видением и связаны друг с другом. В то время, когда 
строился санаторий, ни одно здание в Скандинавии не могло сравниться с ними по 
чистоте формы и смелости концепции.
      В 1938 году Аалто построил павильон для Сельскохозяйственной и лесной 
выставки в деревне Лапуа на севере Финляндии. Вертикальное членение, 
примененное в этом здании, в более утонченной форме встречается в последующих 
произведениях мастера.
      Одним из немногих зданий, в котором Аалто мог, как архитектор, свободно 
проявить свою индивидуальность, было здание городской библиотеки в Выборге. 
Построенное между 1927 и 1934 годами, оно было разрушено во время войны. Здание 
состоит из читального зала с его тщательно проработанными светильниками 
верхнего света и необычной формы аудитории с просторным, соединяющим их 
вестибюлем.
      Важное значение для истории архитектуры имеет трактовка Аалто 
волнообразного деревянного потолка аудитории. В интимном зале здания библиотеки 
криволинейные очертания потолка плавно скользят в пространстве подобно 
змеевидным линиям на одной из картин Миро и продолжаются от пола позади кафедры 
кверху в виде узких полос из красного дерева, изгибаясь произвольно вдоль 
остекленной стены.
      Таким образом, у Аалто наряду с металлическими и железобетонными 
конструкциями приобрел новое значение древнейший материал – дерево. А ведь 
казалось, что к 1930 году все его возможности уже исчерпаны.
      Для Аалто важнее всего – максимально удовлетворить функциональные 
требования, и уже на этой основе он определяет внешний облик сооружения. Если 
сравнить построенный Аалто в 1938–1939 годах жилой дом Майреа с жилым домом 
Тугендхата, построенным ранее Мисом ван дер Роэ в Брюнне, можно убедиться, 
насколько Аалто обогатил и развил традиции 1920х годов. В основу обоих 
проектов положена идея «перетекающего» пространства. Но в то время как Мис ван 
дер Роэ делит основное прямоугольное помещение на отдельные части 
соответственно их назначению – общую комнату, столовую, комнату для занятий – 
при помощи свободностоящих перегородок, Аалто членит это помещение на 
независимые, но связанные друг с другом части, достигая тем самым большей их 
интимности. Против входа расположена сильно выступающая за пределы общей 
комнаты столовая, слева от нее – гостиная с камином, переходящая в просторный 
музыкальный салон.
      Аалто не остался навсегда в Финляндии. Вначале он установил контакт с 
Западной Европой, долгое время работал в Америке. Но где бы ни находился Аалто, 
Финляндия всегда была с ним так же, как Испания с Пикассо. Пионеры современного 
искусства творили в тесной связи с окружающей средой, однако их творчество 
всегда выходило за рубежи своих стран и находило контакты с современной эпохой 
и с ее историческим прошлым.
      Аалто легко сходился со всеми, кто в то время выдвигался в области