зависимость наемного труда от капитала, еще быстрее ведут к относительному, а 
иногда и к абсолютному ухудшению положения рабочего класса".
(Эта формулировка повторялась потом и во Второй Программе РКП(б) 1919 г.
и в Третьей Профамме КПСС 1961 г.) Исходя из этого, вслед за Марксом,
Ленин и Плеханов делали вывод о неизбежности социалистической революции, 
которая 
должна была завершиться установлением диктатуры пролетариата, то есть 
безусловного политического господства рабочего класса. Ленин
был первым, кто внес это важное положение в Программу. Пролетарская революция, 
говорилось в Программе, заменит частную собственность на средства производства 
общественной собственностью, введет планомерную организацию производства для 
обеспечения благосостояния и всестороннего развития всех членов общества, 
уничтожит деление общества на классы, положит
конец всем видам эксплуатации. Важно отметить, что ни сам Ленин, ни его
последователи не утверждали, что диктатура пролетариата обязательно должна 
основываться на демократических принципах. Для революционера, утверждал 
Плеханов, успех революции - высший закон, и если ради успеха революции 
потребуется временно ограничить действие того или другого демократического 
принципа, например всеобщего избирательного права, то перед таким ограничением 
преступно останавливаться. Революционный пролетариат
может офаничить политические права высших классов, подобно тому как
высшие классы офаничивают его политические права. Эта мысль Плеханова

чрезвычайно нравилась Ленину, и он не раз вспоминал ее.

Профамма, однако, должна была учитывать такие важные особенности
Российской империи, как ее многонациональный характер, преобладающую
роль крестьянства и слабое развитие капитализма. В связи с этим она 
провозглашала полное равноправие всех наций и признавала за ними право на 
самоопределение. Афарные требования в то время были сформулированы достаточно 
осторожно - социал-демократы не добивались ликвидации помещичьего землевладения,
 
а только требовали вернуть крестьянам "отрезки", отобранные у них реформой 1861 

г. Профамма отмечала, что главная цель
партии - победа пролетарской революции - не может быть достигнута сразу. 
Социалистической революции должна предшествовать буржуазно-демократическая, в 
результате которой самодержавие должна сменить демократическая республика со 
всеми ее атрибутами (всеобщим избирательным правом,

496



местным самоуправлением, свободой совести, печати, собраний, стачек и союзов, 
отделением церкви от государства, а школы от церкви, уничтожением
сословий и равноправием всех граждан). Только тогда, отмечалось в Программе, 
возникнут условия для социалистического переворота. Но одновременно
отмечалось, что и на этапе буржуазно-демократической революции руководящей 
силой 
в России будет не буржуазия (которая слаба и реакционна), а рабочий класс.

Еще при обсуждении программы между делегатами не раз возникали принципиальные 
разногласия. Окончательно единство было разрушено при обсуждении устава и при 
выборе центральных органов. Уже первый параграф
устава - о членстве в партии - вызвал непреодолимые противоречия. В 
формулировке, предложенной Лениным, говорилось, что членом партии считается 
всякий, признающий ее программу и поддерживающий партию как материальными 
средствами, так и личным участием в одной из партийных организаций. В 
формулировке, предложенной Мартовым, личного членства не требовалось - 
достаточно было признавать программу и оказывать партии содействие. Несмотря на 

видимую близость формулировок разногласия носили
принципиальный характер. Ленинская редакция предполагала, как уже говорилось, 
создание небольшой, но жестко централизованной организации профессиональных 
революционеров; мартовская - создание многочисленной
социал-демократической партии по типу тех, что уже существовали в Западной 
Европе, то есть с большим количеством членов и с широкой внутренней
демократией. По существу, разногласия далеко выходили за пределы обсуждаемого 
вопроса - речь шла о двух разных подходах к политической борьбе и
двух разных пониманиях ее сути. Большинство на этот раз осталось за 
сторонниками 
Мартова. Но при выборах в центральные органы партии - в ЦК,
Совет партии и редакцию "Искры" - сторонники Ленина имели твердое большинство. 
Он сумел провести своих ставленников на все ключевые посты и
оттереть от них последователей Мартова. (Сам Ленин вместе с Мартовым и
Плехановым был избран редактором "Искры".)

С этого момента фактически произошел раскол партии на две фракции: