пьеса имела и второй план - из самого осознания "нереальности мистического", 
"зыбкости бытия" рождалась подлинная, нешуточная трагедия ее подчеркнуто-
условных героев Эта двойственность постоянное пребывание действия на грани 
трагического и комического, реального и потустороннего,
высокого символа и фарса придавали творению Блока неповторимое очарование 
"Балаганчик" сделался заметным событием тогдашней культурной жизни Пьесой 
заинтересовался Мейерхольд, который поставил ее в театре Комиссаржевской 
Премьера состоялась в конце декабря 1906 г (Сам Мейер
14*

420 

хольд играл Пьеро.) Спектакль имел громкий, хотя и несколько скандальный,
успех. Вся столичная пресса откликнулась на новинку.

После того как поэзия Блока вышла за условные рамки символизма, в ней
все явственнее стали звучать скорбные мотивы, навеянные суровой реальностью. 
Хотя сама эта внешняя жизнь почти не отразилась в его глубоко психологической 
лирике, трагизм ее был передан Блоком с потрясающей силой.
Все поэтические циклы Блока, появившиеся между 1907 и 1917 гг., полны
тревожных предчувствий надвигающейся на Россию катастрофы. Поэзия Блока стала 
настоящей летописью той духовной драмы, которую пережило в эти
десять лет русское общество. Наверно, ни в каком другом художественном
произведении тех лет эта драма не получила такого полного и всеобъемлющего 
воплощения, ибо Блок прочувствовал ее до самых сокровенных глубин; он
пережил эту тягостную полосу безвременья, как свою великую личную трагедию. 
Обстоятельства семейной жизни еще усугубляли трагизм его мироощущения. По 
словам 
его жены Любови Дмитриевны, в сознании Блока под влиянием философии Соловьева 
образовался "разрыв на всю жизнь" между любовью плотской, телесной, и духовной, 

неземной. Она писала в своих воспоминаниях: после женитьбы Блок "сейчас же 
принялся теоретизировать о том,
что нам не надо физической близости, что это "астартизм", "темное" и Бог
знает еще что. Когда я ему говорила о том, что я-то люблю весь этот еще
неведомый мне мир, что я хочу его - опять теории... Это меня приводило в
отчаяние! Отвергнута, не будучи еще женой..." Семейное счастье не сложилось. 
Любовь Дмитриевна, отвергнутая Блоком, пережила сначала бурный и
мучительный роман с его прежним другом Андреем Белым, потом вступила в
связь с известным в то время писателем и критиком Георгием Чулковым.
Затем были и другие увлечения, не давшие ей, впрочем, никакого личного
счастья. Порой Блоки подолгу жили врозь, но все же их тянуло друг к другу -
расстаться навсегда они были не в состоянии.

Блок искал душевного равновесия в случайных скоротечных связях и вине.
В эти годы начинаются его долгие гуляния по Петербургу. Излюбленными
местами Блока были бедные переулки Петербургской стороны, просторы островов, 
безлюдные шоссе за Новой деревней, поля за Нарвской заставой и
особенно грязные ресторанчики с их убогой, непритязательной обстановкой -
лакеями в засаленных фраках, клубами табачного дыма, пьяными криками из
биллиардной. Один из них, в Озерках, особенно сильно притягивал к себе.
Блок был его постоянным завсегдатаем и заканчивал в нем почти каждую
свою прогулку. Обычно он тихо проходил среди праздной толпы, садился у
широкого венецианского окна, выходившего на железнодорожную платформу, и 
медленно пил бокал за бокалом дешевое красное вино. Он пил до тех
пор, пока половицы под ногами не начинали медленно покачиваться. И тогда
скучная и серая обыденность преображалась, и к нему, среди окружающего
шума и гама, приходило вдохновение. Именно здесь было написано в 1906 г.
одно из самых "блоковских" стихотворений - "Незнакомка". Позже Блок
включил его в свой цикл "Город". Образ Города во всех его стихах, как и в
романах Достоевского, одновременно и реален, и глубоко фантастичен. Это
живое существо, голодное, беспощадное, бесстыдное и смрадное. Как "жирная 
паучиха" (центральный образ статьи Блока "Безвременье", 1906), он опле
ДЛЕКСАНДР БЛОК 421

тает паутиной жизнь людей. Это - предсмертный образ обреченного человечества. 
("Кого ты в скользкой мгле заметил? Чьи окна светят сквозь туман?
Здесь ресторан, как храмы, светел, и храм открыт, как ресторан".)

За поэтическими образами лежали глубокие размышления Блока о современной 
цивилизации и современной культуре. Выпады его против символистов не 
ограничились "Балаганчиком". Он испытывал потребность высказаться
более предметно о своих расхождениях с прежними единомышленниками.
Возможность вскоре представилась. С весны 1907 г. Блок встал во главе 
критического отдела журнала "Золотое Руно" и опубликовал обширный цикл
литературно-критических статей, посвященных проблемам искусства и шире -
месту творческой интеллигенции в современном обществе. Каждая из этих
статей стала вызовом мнениям и вкусам символистов. В резкой, даже озлобленной 
статье "Литературные итоги 1907 г." Блок обрушился на русскую интеллигенцию, 
называя ее "мировым недоразумением" и предсказывая ей скорую гибель. Он